Майноа отмахнулась от ее извинений. В каждой семей есть свои сложности, леди Вестрайдинг. Насколько я понимаю, ваш муж и дочь вчера ездили на Охоту с Гончими.
– Как вы узнали?
– Эта новость распространилась по Траве молниеносной скоростью, – ответил монах. – Слуга из эстансии позвонил другу. Друг позвонил кому-то ещё, а тот позвонил ещё троим. И вот один из братьев пришел рассказать брату Лураю и мне. О да, леди Вестрайдинг, уже все знают.
С тех пор как Стелла ушла с Риго, Риллиби стоял и смотрел ей вслед с выражением удивления на лице. Он резко сел.
– По всему, она полна решимости продолжать, – констатировал он.
– Риго полон решимости продолжить. Стелла настроена не менее решительно. Мой муж считает, что ей не следует этого делать. Он говорит, что в его случае всё по-другому, – она вздохнула, всплеснув руками.
– До меня дошло, что Ровена, Обермам бон Дамфэльс, находится сейчас в Коммонсе, – заметил брат Майноа. – Кроме того, я слышал, что Обермун бон Дамфэльс, похоже, не в курсе, что она ушла от него. Это так, леди Вестрайдинг?
– Зовите меня Марджори, брат. Пожалуйста. Да, это так. Кстати, отец Джеймс очень хотел бы видеть вас, пока вы здесь.
Брат Майноа кивнул, улыбаясь. Ему очень хотелось поговорить с кем-нибудь из Отцов.
Когда пришло время, он поговорил с молодым священником, тихим молодым отцом Джеймсом – племянником Риго, а также с отцом Сандовалом, а также с Тони и Марджори. Весенний воздух был приятно свеж, так что для них был накрыт ланч на террасе… Ни Риго, ни Стелла к ним не присоединились. Ни Риго, ни Стеллу найти не удалось.
– Я особенно хотел поговорить с вами, отцы, – доверительно сообщил брат Майноа своим спокойным голосом, – потому что у меня есть философский вопрос, по которому я ищу совета.
Отец Сандовал произнёс покровительственным тоном: – Вы хотите получить совет с религиозной точки зрения?
Отец Сандовал хитро склонил голову набок:
– Именно. Вопрос, не имеющий никакого практического значения, но важный в доктринальном смысле. Чтобы задать свой вопрос, я должен попросить вас сначала предположить, что известные вам Фоксены здесь, на Траве, являются разумными существами и что их беспокоят некоторые вопросы совести.
Тони рассмеялся. Марджори улыбнулась. Отец Сандовал, казалось, был лишь слегка удивлен: – При всём уважении, я могу принять это предположение как основание для этического спора.
Брат Майноа удовлетворенно кивнул: – Это вопрос первородного греха.
– Первородный грех?» Отец Джеймс удивлённо воздел глаза. – Среди местных лис?
Он посмотрел на Марджори с улыбкой, как будто вспомнил их недавний разговор на ту же тему. Она опустила взгляд в свою тарелку. Она все еще была обеспокоена тем, что он сказал, и не была уверена, что это повод для смеха.
Брат Майноа присутствовал при этом обмен репликами, но притворился, что не заметил.
– Предположим, что вы согласились признать, что они мыслящие существа, отцы. Считайте их полностью разумными. Настолько, насколько вы сами можете быть. Теперь, сделав это – не смейтесь, сэр, – сказал он Тони, – мы предполагаем, что идея первородного греха угнетает Фоксенов. Они плотоядные животные. Их тела нуждаются в мясе. Итак, они едят мясо. Они едят гляделок, личинок гиппеев.
– Так вы знаете! – воскликнула Марджори, не в силах сдержать удивления, – Вы знаешь, кто такие гляделки на самом деле.
– Не многие знают это, мадам, но я знаю. И давайте предположим, что фоксены тоже знают. И они их едят.
– И что же, лисы считают это греховным? – поинтересовался Тони.
– Что ж, юный сэр, это интересный момент. По моим наблюдениям, личинки гиппеев не являются мыслящими существами. Они максимально безмозглые создания. Однако, когда они вырастают большими и толстыми и не могут больше двигаться, они совершают свою первую метаморфозу и превращаются в Гончих.
– Мда, – произнёс Отец Сандовал. Он уже слышал об этом от Марджори, и теперь он видел, к чему клонит Майноа.
– Некоторые говорят, что Гончие – мыслящие существа. Конечно, они способны на какую-то мысль. Я верю, что они осознают себя. Являются ли они таковыми или нет, они претерпевают дальнейшую метаморфозу и становятся чем-то другим…
– Ездовыми животными, Гиппеями, – Марджори согласно кивнула. – Я видел их.
– И, как леди Вестрайдинг знает в глубине души, как и все мы знаем в глубине души, гиппеи – мыслящие существа. Мы с вами уже обсуждали это раньше, не так ли? Итак, когда Фоксены едят гляделок, они убивают детенышей мыслящей расы.