Все это время он был совсем рядом с папой, и сердце болезненно сжалось. Как он теперь? Несколько дней назад пришли заключения от израильских врачей. Прогнозы были положительные, и она уже договорилась об операции и последующей реабилитации. Дана не была уверена, что брат доведет дело до конца, и не оставит папу, даже в случае ее собственной смерти... Она впервые думала о ней, не как о чем-то очень далеком и гипотетическом. Огней становилось все меньше, они были уже за городом, окруженные темнотой, и Дана отчетливо слышала ее ледяное дыхание.
Несколько раз их останавливали. Альфа, сидевший рядом с водителем, выходил из машины. И Дана замечала, как очередной полицейский быстро прятал конверт в нагрудный карман формы. Ее надежда на спасение медленно угасала и сейчас превратилась в маленький тлеющий уголек.
В дороге Дана прислушивалась к каждой, даже невзначай брошенной фразе. Когда они оказались на небольшом аэродроме, картинка уже частично сложилась в ее мозгу. Следующим пунктом назначения была Сибирь. Теперь Дане стало по- настоящему страшно. Пока они с Дианой находились в большом городе, был шанс на спасение. А теперь... Омега не видела выхода. Не видела хорошего исхода. От тяжелых мыслей, казалось стучащих в висках, начала кружиться голова и тошнить. Выбравшись из машины, она запнулась и чуть не упала. Ее подхватили под руки и повели к огромному транспортному самолету. Омега упиралась в землю ногами, но эти трепыхания были лишь жалкими потугами против силы двух взрослых альф.
Люди в военной форме сновали между грузовиками и открытым трюмом, занимаясь погрузкой пластиковых контейнеров. Внутри вдоль стены шел длинный ряд откидных сидений, предназначенных для перевозки пассажиров, и Дана была усажена на одно из них. Она уже не реагировала, когда ее руки стянули пластиковой стяжкой. Как будто можно было сбежать из этой большой летающей консервной банки. На соседнее сидение усадили Диану. Она выглядела подавленной и с ненавистью смотрела вслед конвоировавшему ее альфе, который на прощание провел рукой по ее бедру.
Транспортировщики подвезли несколько больших прямоугольных ящиков, обтянутых брезентом. Один из них был размещен совсем рядом, и Дана едва не вскрикнула, когда брезент стянули и внутри оказалась клетка с совсем юными омегами, которые выглядели подростками. Смуглый альфа заметил ее реакцию и недобро ухмыльнулся:
– Маленькие девочки дорого ценятся. Особенный товар для истинных почитателей юной красоты...
Он прошелся рядом с клеткой, протягивая по металлическим прутьям прикладом автомата. Омеги испугано жались друг к другу, а потом, будто по команде, сели на пол клетки, затравленно наблюдая за альфой.
– Послушные хорошие девочки. Мечтаю о такой. Но это товар высшего сорта. Стоит, как квартира.
Охранник еще что-то бормотал, но Дана не слушала дальше. Омега закрыла глаза, не в силах смотреть на это, и так и провела весь полет в состоянии полусна, отключившись от пугающей реальности, где людей перевозили в клетках, словно животных, и относились так же.
Она очнулась от звука погружаемых на транспортники контейнеров и громкого плача. Это было невыносимо. Двое альф в одежде защитного цвета отстегнули ремни безопасности и без особых усилий подняли на ноги Дану и Диану. Дана дернулась, но грубые цепкие пальцы крепко держали, причиняя боль. Конвоиры вывели их из транспортного самолета, поднимая тент на боковой стороне небольшого грузовика, помогая забраться внутрь. Один из них остался в кузове с омегами, тогда как второй занял место возле водителя. Между кабиной и кузовом было небольшое решетчатое окошко, и Дана время от времени смотрела на дорогу. Она была в ужасном состоянии, и омег сильно трясло. Скорее всего, это было локальное шоссе между мелкими поселениями, вряд ли федеральная трасса или дороги вблизи больших городов могли быть такими разбитыми. Вскоре они свернули и въехали на платную дорогу. Здесь грузовик набрал уже более приличную скорость, порядка ста километров. Один раз водитель свернул на заправку, но Диане и Дане не разрешили выйти размяться или посетить туалет. Омег, с примечательной внешностью, могли запомнить.
Когда автомобиль сделал следующую остановку, и запыленный грязный брезент был приподнят, в кузов заглянул альфа в военной форме. Первое, что ощутила Дана – резкий интенсивный запах. Он был ей знаком. Владимир Харитонов, дядя ее парня...
Дана вздрогнула, встретившись с альфой взглядом: ледяным, с налетом самоуверенности и цинизма. Его черты были жесткими: резкие очертания скул, слишком тяжелая, массивная линия челюсти, немного на бок, видимо сломанный в драках, нос. Вместе они складывались в брутальное лицо, далекое от идеала, но не лишенное особой маскулинной привлекательности. Пугающе холодные глаза были настолько темные, что практически не был заметен цветовой переход между зрачком и радужкой.