– Повторная ДНК экспертиза подтвердила, что тело не принадлежало Дане. У меня не было зацепок до сегодняшнего дня. Понятно, что с такими связями Владимиру было легко замести следы. Не знаю, что он или вы вместе затеяли, но вам лучше немедленно вернуть Дану обратно. Она ждет ребенка. И я надеюсь, что ни она, ни ребенок не пострадали. Иначе...
– Ты мне угрожаешь? Что ты сделаешь? Сможешь ударить меня? Лишить жизни?
– Нет, – Александр тяжело вздохнул и сжал двумя пальцами переносицу, чтобы хоть немного успокоиться. Как бы гнев и ненависть не распирали его изнутри, все же на убийство человека, вырастившего его, он не был способен. – Но я могу отнять у тебя то, чем ты дорожишь: статус, имидж идеальной омеги-жены и матери, предать случившееся огласке. Я добьюсь, чтобы вы с Владимиром ответили за свой поступок перед законом. И Олег узнает о том, что ты сделала независимо от исхода. Сомневаюсь, что он будет на твоей стороне. У тебя же было все, Рина. И так было всегда. Все всегда делалось и решалось до твоего щелчка пальцев. И ты, видимо, возомнила из себя бога и решила, что имеешь право распоряжаться чужими жизнями? Ты понимаешь, что если бы действительно убила Дану, то убила бы и меня заодно? Я люблю ее. И сейчас, без нее, мне кажется, что и не живу вовсе!
– Ты называешь меня по имени, и больше не называешь мамой...
– Из всего сказанного, ты выделила для себя только это?! – Александр горько усмехнулся. – Позвони Владимиру! Ты единственная, у кого есть с ним постоянный контакт. Где он сейчас?
– В Сибири. – Рина поднесла к уху сотовый. – Вне зоны доступа.
– У Владимира новое задание?
– Нет. Охота. Сынок, я не хотела, чтобы все закончилось так. Дана должна была исчезнуть быстро и безболезненно... – Рина затихла, заламывая пальцы.
Александру показалось, что пол пошатнулся под ногами и он падает куда-то вниз в бездонную пропасть. Если раньше альфа походил на полутруп, то сейчас он полностью внутренне омертвел. Холодный пот пропитал рубашку, выступил на висках. Он знал, что именно значат «охоты» Владимира и какой у них финал. Александра вынырнул из одного кошмара в другой. Еще страшнее и уродливее предыдущего. Альфа был уверен, что сильнее болеть не может, но ошибался. Видеть Рину было мучительно, он не мог больше находиться с ней рядом, не мог и не хотел понять ее поступки.
– Ни одно твое слово не сможет изменить того, что ты сделала. Ты – чудовище.
Закрытая дверь отрезала его от Рины. Александр знал, что закрывает ее навсегда. Он никогда не захочет видеть и слышать что-либо об этом человеке. Альфа вышел наружу, направляясь к машине. Он оглянулся, бросая взгляд на роскошный особняк. Ему было тошно оставаться в месте, которое дважды отобрало у него родных людей. Оно так и не стало ему домом. Они никогда не были настоящей семьей. Отец, всегда отдававший львиную долю времени бизнесу. Мама, одержимая своими амбициями. Сестра, для котороой важнее всего были тусовки и дорогое шмотье. И он сам, всегда пытавшийся отстоять собственную независимость и жить не по кем-то прописанному на всю жизнь плану. Они все были сами по себе. Александр думал, что наконец-то обрел семью и свое счастье. Но теперь, будучи в курсе, кто именно забрал Дану и куда, он понимал, что нет даже призрачных шансов. Ему оставалось найти Владимира и отомстить. Будь он сейчас перед ним, альфа был готов содрать с него кожу живьем. Александр не знал, во что теперь верить, на что надеяться. Прошло слишком много времени, но даже если сейчас была хоть сотая доля процента вероятности, что Дана жива, альфа был готов ухватиться за неё.
Александр Ризван
Пат Цугцванг
Бессмертная партия цугцванга — шахматная партия, сыгранная в Копенгагене в марте 1923 года между Фридрихом Земишем (белые) и Ароном Нимцовичем (чёрные). Партия получила такое название, потому что заключительная позиция считается одним из редких примеров цугцванга в середине игры.
Олег был против того, чтобы Александр ехал в Сибирь. Сын был в невменяемом состоянии, истощен. Но он не мог его переубедить. Александр не мог оставаться на месте и пассивно ждать. Если раньше альфа жил надеждой, то сейчас это была жажда мести. Сразу после отъезда из семейного особняка Александр позвонил отцу и попросил его о помощи. Альфа был уверен, что отец не был замешан в похищении Даны, это было не в его характере. Покрывать маму перед ним Александр не собирался. Олег был властным и бескомпромиссным, но членовредительство, касаемо членов семьи и их близких, было для него одним из табу.