– Не стреляйте! Там может находиться Дана!
Но беспорядочный огонь со стороны противника вынудил их защищаться. Одного из наемников подстрелили.
– Я ранен, меня задело!
– Их четверо, наши силы превышают силы противника. Наступаем!
Вскрик в темноте резал по живому. Группа захвата ранила одного из обороняющихся. Рядом просвистела пуля. По Александру стреляли, но судя по всему они все-таки застали охотников врасплох, и они не успели подготовиться. Стрельба велась в основном из пистолетов. Если бы у них было оружие с телевизорными или ночными прицелами, то стреляющий вряд ли промахнулся. Александр лег на землю, внимательно рассматривая лежавший впереди участок, где затаились охотники, через прибор ночного видения. Но они уже надежно укрылись за деревьями. Люди, которых организовал отец знали свое дело, действуя четко и быстро, окружая лагерь, и скоро был ранен еще один. Два вертолета начали кружить над ними, обеспечивая им поддержку и скудное освещение сверху. Но это могло затянуться надолго. Густая растительность и толстые стволы деревьев были надежным укрытием.
– Давайте попробуем договориться. Если у вас Дана Зимина, отдайте ее нам! Вы не наша цель. На подходе подкрепление, мы вас перебьем!
Сердце в груди бешено колотилось, Александр ждал ответ, любое подтверждение, что Дана там. Но на это предложение никто не ответил.
– Дайте им время подумать. Если присутствие омеги не подтвердится, ликвидируйте их, не дайте ни одному ублюдку уйти!
Огонь прекратился, и наемники продвинулись вперед.
– Вы окружены! Бросайте оружие! Выходите по очереди с поднятыми руками!
Из пелены дыма показались очертания фигуры человека. На его груди отражалось несколько точек лазерного прицела. Александр сразу узнал этот широкий разворот плеч, осанку. Он хотел дать приказ, чтобы человека, разрушившего его жизнь и превратившего ее в ад, изрешетили на месте, но Владимир был безоружным, и он мог знать, где находится Дана и что с ней случилось. Только это держало его звериные желания в узде.
– Где она? – Александр смотрел на дядю снизу вверх, альфа был намного выше его и мощнее. Он предпочел молчать. Его невозмутимый, равнодушный вид был как плевок в душу. Ненависть Александра достигла своего апогея. Он чувствовал запах Даны на Владимире, едва заметный, перекрываемый его сильным и острым. Ноги подкашивались от осознания, что дядя прикасался к ней, мучил или убил, как он привык это делать на охоте с другими омегами.
– Какая же ты конченная мразь! Что ты с ней сделал? За что ты с ней и со мной так?
– Господин Ризван, мы обнаружили омегу.
Ноги сами двинулись в направлении, которое указывал ему командир группы. С Владимиром он разберется позже. На земле под деревом лежала неподвижная фигура. Александр стал на колени рядом, отбрасывая плед, который закрывал половину лица.
Неестественно бледная Дана мало напоминала ту цветущую жизнерадостную молодую женщину, которого он видел в последний раз всего немного больше нескольких недель назад. Треснувшая губа еще не зажила и немного кровоточила. Запах Владимира впитался в одежду и волосы Даны, она вся пропахла им, и Александр содрогнулся от подтверждения страшной догадки: Владимир все-таки надругался над его омегой. Александр уже давно знал о пристрастиях дяди, но почти ничего не сделал, чтобы остановить его. И теперь пожинал плоды своего бездействия, которое только растило аппетиты монстра, не ставило абсолютно никаких препятствий для превращения дяди в больное, одержимое убийствами существо и теперь больно ударило по самому дорогому человеку.
Александр прикрыл глаза. В груди душило от жалости и отчаяния. Здесь грязно, сыро и душно. А Дана любит свежий ветер и море...
– Все кончено. Я заберу тебя отсюда, потерпи немного, малыш.
Он шел рядом с носилками, приняв решение немедленно транспортировать Дану на военный аэродром, где был медицинский самолет с хорошим оборудованием, и перевезти омегу в клинику в Новосибирск.
– Что делать с этими? Убить?
– Нет. Быстрая смерть – слишком мало. Они ответят за свои поступки перед законом. Для организаторов и охотников – пожизненное заключение. Вот что меня устроит.
Посадить хищника в одиночную клетку, забрать у него свободу – самое страшное наказание. Страшнее смерти.
Пленников собрали вместе, обездвижив наручниками и связав ноги. Владимир был среди них. Александр чувствовал его взгляд спиной, но не оглянулся. Сделанного уже не исправить. Владимир – преступник, и никакие связи теперь не помогут ему избежать наказания.