– Нет, так не пойдет. – Омеги из их компании схватили ее за руки и потянули на танцпол.
Свет прожекторов, отражаясь от многочисленных кристаллов на потолке, создавал ощущение миража. Очертания танцующих преломлялись, подвисали. Движения обрывисто заканчивались, через миллисекунду создавая новую картинку. Музыка струилась по венам, подчиняя, подхватывая и завлекая в свое течение. Диана прикрыла глаза, отдаваясь ей полностью. Ей стало так хорошо. Все- таки с непривычки ее унесло и от одного коктейля. И омега ловила кайф, пропуская через себя биты, выплескивая в танце всю свою прежнюю обиду. Ей вдруг подумалось, что она очень мало знала о Иване. Только крохи, когда они оказались вместе в тайге. Если бы все было по-другому, и они стали парой, они бы, наверное, тоже развлекались вместе. Ходили на свидания. Может, иногда бы заглядывали в похожие заведения. Омеге померещился хвойный запах. Ей казалось, что кто-то двигается сзади, совсем близко, и ей на талию опустились руки, спускаясь на бедра. Ее развернули на сто восемьдесят градусов, и кончики пальцев коснулись щеки, заставляя трепетать, отзываясь на мимолетное прикосновение. Поцелуй – нетерпеливый и напористый. Но безвкусный и пресный. Не такой и не с тем. Диана очнулась, резко распахивая глаза, понимая, что все это реально, встречаясь с довольным взглядом Чарльза. Она оттолкнула альфу и, расталкивая людей, направился в туалет.
Там музыка больше не давила на голову, мысли приходили в порядок. Она несколько раз ополоснула лицо холодной водой, задерживая ладони на щеках, пытаясь охладить разгоряченную кожу и ослабить действие алкоголя.
– Хочешь здесь продолжить? – Чарльз осматривал помещение, все кабинки были свободны, и уже закрывал дверь в уборную, блокируя ее изнутри.
– Ничего не перепутал? Это туалет для омег! – Диана встретилась со взглядом альфы в зеркале. Тот откровенно разглядывал ее фигуру, задерживаясь на нижней части, неприлично долго пялясь на задницу. От неожиданности омега застыла, словно приросла ногами к кафельному полу. Неотрывно следила, как Чарльз, ухмыляясь, подходил ближе, пока не поставил руки на умывальник с обеих сторон от нее, перекрывая пути отступления.
– Как же я хочу тебя.., – он на пару секунд задумался, будто подбирая подходящее слово, – ... трахнуть. – Губы расплылись в похотливой улыбке, ноздри расширились. Он напоминал гепарда, затаившегося перед прыжком, планирующего нападение на свою жертву. Массивное подкачанное тело давило сзади, обдавая жаром. Диана отчетливо ощущала силу желания Чарльза, но ничего внутри не отзывалось. Одна рука альфы прошлась по животу под майкой, двигаясь вверх под тканью, обхватывая шею, едва ощутимо прижимая, а вторая двинулась расстегивать джинсы. Диана испугано замерла.
– Нет! – Омега попытался вырваться, но альфа прижал ее к себе ближе, заставляя откинуть голову назад, целуя. Диана сильно сжала зубы, не пропуская язык внутрь. Она хотела возразить, промычав слова в терзающие ее губы. И Чарльз воспользовался этим, протолкнув язык в рот, углубляя поцелуй. Он был жестким и властным, не дававшим ухватить глоток воздуха, и Диана укусила его за губу, задыхаясь от нехватки кислорода, пытаясь вырваться из хватки.
– Крошка, это было грубо, – альфа потер губу с выступившей капелькой крови. – Запомни, боль предпочитаю дарить я. Для омеги нет ничего лучше, чем нотка боли, которая переходит в наслаждение, подпитывая его. – Его язык прошелся по кромке ушной раковины. Выдыхаемый воздух щекотал мочку уха и щеку. И Диана поежилась. Ей стало противно.
– Послушай, Чарльз, поцелуй на танцполе был ошибкой. Я принял тебя за другого. Я не хочу! Отпусти меня, пожалуйста. Мне не нравится твой напор.
– И за кого-же, интересно? Сопротивляешься? Хорошо, это меня еще больше заводит. У тебя две метки на плече, не притворяйся недотрогой. Отпусти свои желания. – Руки альфы шарили по телу, а потом, заломив ее кисть за спину, он уложил Диану грудью на мраморную поверхность и приспустил джинсы вместе с бельем. Омегу накрыла паника, вызывая спазмы в желудке и волнообразные приступы тошноты. Ее нагнули в туалете, как какую-то низкосортную шлюху, и опять собирались поиметь против воли. Тело задеревенело, парализованное страхом. Она окончательно протрезвела и отмерла, когда почувствовал движение члена, потирающегося об кожу в ложбинке между ягодиц.
– Чарльз! Только не здесь. Я не хочу делать это в туалете.