Пальцы хирурга прошлись по метке, стиснув основание шеи и находя железу. Холодный кончик ультразвукового сканера заставил вздрогнуть, и кожа покрылась мурашками. Диана крепко сжала зубы и вцепилась в подлокотники кресла. Но отвлечься от мыслей не удавалось. Стоило закрыть глаза, как перед глазами тут же возникал его образ. Его сильные руки и тело, накрывшее ее. Обжигающие поцелуи и ослепительная вспышка наслаждения в момент единения, когда она стонала. Она не могла забыть и поняла, что не хочет забывать. Отрицала свои чувства столько времени, пытался строить из себя ту, кем не являлась, и загоняла в дальний уголок души безумное притяжение, стараясь не обращать на него внимание. Но она больше так не могла.
– Нет! Я не буду удалять метку! – Попыталась вскочить, но была остановлена уверенной рукой медика.
– Тише, успокойтесь... Сейчас анестезиолог введет наркоз. Железа удаляется лапароскопным методом. Это совсем не больно и шрамов не останется. И имейте в виду, если вы передумали, то внесенная сумма не возвращается. – Деньги волновали Диану в последнюю очередь. Она принял решение и была уверена на сто процентов в своем желании.
– Я не буду удалять метку истинности. Хочу избавиться только от шрамов после укуса другим альфой. – Врач кивнул.
– Хорошо. Тогда общий наркоз не понадобится. Достаточно местного. – И начал рассказывать детали предстоящей операции.
***
Потирая плечо, заклеенное пластырем, Диана набирала заученный на память номер. Некоторое время она молчала, собираясь с мыслями.
– Кто это? Говорите! – Голос того, кому она звонила, был низким и немного несвязным. И злым. Похоже, что мужчина был пьян или не в себе.
– Господин Максимов, это Дарина Меркулова. Вы говорили, чтобы я звонила вам, если что- то случится. Я хотел бы поговорить с вами о вашем сыне.
– У меня нет сына!
– Господин Максимов, прошу вас...
– Что с тобой случилось, Дарина? Тебе нужна помощь? Иван в тюрьме и теперь не сможет тебе навредить. Если ты боишься, что он найдет тебя, то не волнуйся, он еще три года будет в заключении. Там ему и место. У меня до сих пор перед глазами то ужасное зрелище. Я не могу смириться с тем, до чего он довел свою истинную. Мы его не так воспитывали. Он – монстр. И он не достоин носить фамилию Максимовых, – его голос дрожал, пропитанный презрением и, как показалось омеге, ненавистью.
Дарине стало горько и обидно за Ивана. Все ведь было не так. Она глубоко вдохнула, стараясь звучать уверенно и решительно:
– Я прошу вас помочь Ивану. И вместе с тем вы поможете мне.
Конец
В университет заходить было страшновато. За первую неделю она ни разу не столкнулась с Чарльзом и не хотела бы видеть его. Но нежелание встречаться с этим альфой было ничто по сравнению с тревожным ожиданием встречи с Иваном. Нервы были натянуты, словно гитарная струна. Она знала, что истинный тоже уже в Окcфорде и сегодня должен был появиться в университете впервые. Омега опасливо оглядывалась по сторонам, боясь неожиданно столкнуться с ним. Ей нужно было время, чтобы подготовиться.
В эти дни на переменах она держалась в толпе, щедро обрызганная подавителем запаха, пытаясь раствориться в окружающей обстановке, или включала режим невидимки, прячась за колонной или сливаясь с очередной кадкой с фикусом возле стены, в то же время постоянно выглядывая возмутителя своего спокойствия. Она сама себя не понимала и никогда не замечала за собой такого малодушия и какой-то детский банальной трусости, ведь на это она пошла осознано.
– Эй, Даяна! – ей махала рукой Пени и бежала, направляясь к ней. Запыхалась, всегда идеально уложенные волосы непривычно растрепаны. – Нам так и не удается поговорить. Ты ведь не сердишься на меня? Я не знала, что Чарльз на тебя сразу набросится. Прости...
– Только не пытайся больше ни с кем меня свести, хорошо?
– Да я и сама уже поняла какой Чарльз мудак. Я так виновата перед тобой. Черт, мы опаздываем. – Взяв ее на буксир, Пени потянула ее на лекцию.
Забыв о конспирации, омега последовала за Пени, едва не столкнувшись с Иваном. Ее альфа скользнул взглядом по толпе, и она вырвала руку из хватки Пени и мгновенно спряталась за спину коренастого студента. В какой-то момент ей показалось, что Иван заметил ее. Сердце бешено билось. Она была уверена, что Иван минуту назад смотрел прямо на нее. Но аккуратно высунувшись из-за своего укрытия, присмотревшись, увидела равнодушный, будто отсутствующий взгляд.
– Что с тобой? Ты такая странная на этой недели, совсем на себя не похожа. И бледная, и голос севший. Не заболела? – Пени еще что-то говорила, но она ее не слышала. Она остро чувствовала одиночество и безысходность, которые сплетались с ее собственным. Иван был снова окружен толпой, множеством омег, но был одинок среди людей, как и она сама.