Весь день она не могла сконцентрироваться на учебе, все мысли были заняты одним конкретным альфой. К вечеру она уже была в курсе и его нового имени, и названия кофейни, где тот работает после лекций, и даже номера его комнаты в общежитии для альф. Последним с ним как бы между прочим поделились знакомые Пени. И она злилась, стискивая кулаки, впиваясь ногтями в кожу ладони. Новое чувство делало ее еще более неуверенной. И она знала его название – ревность. Она надеялась, что она не обоснована, но к вечеру в ней накопилось столько противоречивых эмоций, что она поняла, что не может больше медлить, иначе сойдет с ума. Она приняла предложенный выбор, и больше не было смысла прятаться. Пришло время окончательно расставить все точки над "и".
Студенческое кафе работало до девяти, и оставалось всего двадцать минут до закрытия. Через стеклянную витрину было видно всего несколько посетителей, и она решила, что это к лучшему, лишние свидетели ей были не нужны. Она решительно толкнула дверь.
Дверной колокольчик прозвучал слишком громко, привлекая внимание, и она призвала все свое самообладание, чтобы зайти внутрь. Иван не видел ее, и омега гипнотизировала его широкую спину, уверенно приближаясь к стойке, пока он на нее не смотрел. Но с каждым шагом это было делать все труднее, знакомый запах будоражил, отключал рассудок и с трудом удавалось контролировать свои движения.
Она заказала кофе и представилась новым, все так же чужим для нее и для Ивана, именем. Как же глупо! Больно наблюдать, как загоревшийся радостью узнавания и надеждой взгляд потускнел. Она видела, как Иван напряжен. По слишком ровной линии спины, сжатым губам, подрагивающим пальцам, держащим стаканчик с логотипом кофейни. Заказанный кофе уже стоял на стойке перед ней, и оставалось только взять его и уйти. Она не так себе это представляла. Сама загнала себя в ловушку, соглашаясь на какую-то непонятную авантюру. Ей нечем было дышать и кажется, что еще секунда, и она потеряет сознание.
– Десерт за счет заведения. – Иван словно пришел ей на помощь, давая повод остаться надольше. Она не знала, с чего ей начать. Что скучала и думала о нем? Как-то слишком навязчиво. Честно рассказать, что приняла решение быть со своим истинным альфой? Слишком прямолинейно и страшно, что за два года все изменилось и ее отвергнут. Иван не делал первый шаг, не выдавал своих эмоций, и она мучила предложенный кусок чизкейка, ковыряя его ложкой и едва съев хоть немного.
– У меня заканчивается смена через пять минут, уже очень поздно и опасно омеге ходить по улицам одному, можно проводить вас домой, Даяна? – Иван принял правила игры, называя ее новым именем. И она, прикусив губу, согласилась.
– Я закончил, – омега словно очнулась ото сна, видя, что в кафе уже выключен свет и они находятся в полумраке, освещенные только светом уличных фонарей. Между ними повисло молчание с примесью неловкости. – Пойдем? – низкий голос прозвучал почти у нее над ухом, и омега вздрогнула.
Во взгляде альфы надежда и нежность на дне зрачка и одновременно какое-то дикое отчаяние. И она в этот момент поняла, что действительно хочет дать шанс этой надежде. Центр ее вселенной сжался до этого помещения и до одного человека. И это больше не пугало.
Они болтали об учебе и о каких-то банальных студенческих вещах. Она украдкой рассматривала его профиль и ловила каждое движение.
– Вы не живете в кампусе? – альфа удивился, когда они вышли за пределы студенческого городка и направились по одной из узких старинных улиц в противоположную сторону от университета.
– Ты... Вы звучит как-то странно, – она улыбнулась. – Нет, у меня квартира на Холлибуш Роу.
Дальше они шли в молчании, пока не оказались у ее таунхауса. Иван провел ее до самой двери, поднявшись на ступеньки.
– Даяна, я бы хотел пригласить тебя на свидание в субботу.
– Хватит!
– Что?
– Хватит мучить друг друга, Иван, и играть в игры...
Она стояла на ступеньку выше, и их лица были почти на одном уровне. Она немного подалась вперед и едва тронула губы Ивана своими. И от этого прикосновения ее перетряхнуло, словно по венам пустили электрический ток. Иван застыл на месте, будто не веря в происходящее. Прохладные пальцы прикоснулись к подбородку, немного приподнимая, и когда губы альфы нежно накрыли ее, по телу потекло тепло, перерастая в жар, грозясь полностью расплавить. Ей казалось, что она забыла, как дышать, и медленно сходит с ума. И вот в поисках глотка воздуха они нехотя отстранились друг от друга, не прерывая визуальный контакт. В каком-то самозабвении она изучала каждый сантиметр лица Ивана. Бледная кожа, которая раньше была смуглой. Дневная щетина и небольшой шрам над верхней губой. Волосы слишком короткие, стриженные под машинку. Встав на цыпочки, потянулась немного вверх и поцеловала шрам.