Но говорить обо всем этом злодеям-одноклассникам он не собирался. Пусть помучаются, пострадают. И особенно из-за этого не хотелось помогать и облегчать их участь. Стоило даже усугубить. Поэтому Игорь ответил:
– Пока вы стены ломаете. Я вам об этом доме расскажу. Или вы уже все знаете?
– Ну и гад же ты! – Ирина с презрением отвернулась. Свет фонарика перестал слепить. Колян обрушил на кладку новый удар.
Игорь, не переставая ухмыляться, продолжил:
– Особняк построил граф Неельдорф в 17 веке. Он был чуть ли не первым немцем, оказавшимся в этих местах.
– Зачем этим голову забивать? – нервно выкрикнула Ирина.
– Изучение объекта важный шаг в охоте на признака.
– Да нет никаких призраков! – попыталась взбодрить себя Ирина. Но ответ прозвучал фальшиво. Голос дрожал. Недавние переживания оставили глубокий след. – Да, Колян?
Тот молча замахнулся и вновь запустил тяжелой цепью в стену. Удар вышел слабым. Если так пойдет и дальше – Колян сломается раньше, чем хлипкая кладка. Подручные его бросили, а собственными силами он точно не справится. Ребров удовлетворенно усмехнулся и продолжил:
– В этом особняке, согласно информации с сайта, прожили 8 поколений Неельдорфов. И в каждом поколении по самоубийце. Родоначальник занимался какими-то оккультными практиками. Отсюда и родовое проклятие.
– Да не было всего этого! Да, Колян?
Девушка почти кричала. Колян угрюмо молчал.
Ребров монотонно продолжал:
– Здесь неупокоенных духов должно быть тьма.
– Замолчи!
– После Революции особняк передали в управление ЧК. Те поселили здесь комиссара с семьей. А он любил работу на дом брать. Прямо здесь допросы устраивал. Пытки. Расстрелы.
– Прекрати, – срывающимся на плач голосом попросила Ирина. Она брезгливо огляделась. И без того мерзкое подвальное помещение стало пугающе жутким. Почудились отчаянные крики умирающих.
– Духи такие места любят. – с садистким наслаждением сообщил Ребров. – Но инфа о комиссаре, естественно, засекреченная была. Ты, Колян, откуда ее выкопал?
– Заткнись ты уже! – не выдержал Колян, валясь от усталости к противоположной от Игоря стене.
Ребров удовлетворенно улыбался. Его слова создали необходимый эффект. Теперь спокойного времяпрепровождения в ожидании помощи у одноклассников точно не будет.
– В 1935-ом комиссар застрелился. Прямо где-то здесь.
– Ну перестань же! – взмолилась Ирина.
– А сегодня то самое число! Вот ведь совпадение! Духи такие даты особенно любят!
Датчик аномальной активности пискнул, затем запищал без остановки. Ребров возбуждено подскочил:
– А вот и гости!
Колян и Ирина испуганно переглянулись и заозирались по сторонам.
– Я такой активности никогда не видел! – Ребров решил нагнать на одноклассников ещё большей жути. Но показания приборов озадачили его самого.
Могильный холод заморозил подвал. Кожу пронзали тысячи игл. Из ноздрей потянулись тонкие сизые струйки.
Ирина прижала ладони к щекам. Выпущенный из руки фонарик повис на запястьи, светя в пол и раскачиваясь на ремешке. Его свечение добавляло происходящему мистической тревожности.
– Что происходит? – заголосил Колян, вставая на ноги и прижимаясь спиной к стене.
Теперь не почувствовать потустороннее присутствие было невозможно.
***
Призраки появились с нескольких сторон одновременно. Световые конусы вытянутые кверху. Бледные, еле заметные в свете фонарика, но ясно отражающиеся на экране инфракрасного сканера и тепловизора.
Они вплыли в подвал сквозь толщу сложенных из спрессованных кирпичей стен. Шесть разнородных субстанций, ни одну из которых Игорь до того не встречал. Среди них не наблюдалось тихушников Шептунов, проказников Шершунов, приставучих Неупокойцев. Эти выглядели злее и значительно опаснее.
Двигались они синхронно, словно исполняли заранее оговоренный план. Словно участвовали в совместной охоте. Загоняли жертву.
– Что это? – простонал Колян.
Ирина на удивление молчала. Лишь расширенные глаза выражали крайнюю степень ужаса. Уголки рта нервно подрагивали. Лицо подсвеченное снизу рассеянным светом фонарика выглядело маской смерти.