-Здесь всё по иному- Я улыбнулся. Мы снова замолчали. Было хорошо и спокойно. В такие моменты особо ощущаешь глубокое душевное единение с природой. И не надо говорить, в тишине рождается истина. Небо, море, звёзды все вечно, а мы нет. Постояв ещё некоторое время мы разошлись по своим каютам. Следующие 4 дня пролетели в скучном однообразии еда сон, еда сон. Безделье угнетало. Я, Игорь и Виктор давали уроки здешнего языка Карлу и его людям. Часть телохранителей Карла осваивало полученное при обмене оружие, некоторые из матросов предлагали даже испробовать напиток «радости». Но Карл в чьём ведении находился кувшин с манящим содержимым категорически запретил даже думать об этом. «Кто его знает, что там намешено, может оно не пригодно для нашего организма и все просто передохнут, испробовав зелье» -твёрдо заявил он. Море оставалось спокойным дул попутный ветер и наше судно без проблем продолжало путь. Случалось в поле нашего зрения попадали острова. Рассматривая их в подзорные трубы мы видели на одних маленькие рыбацкие деревушки, на других замки и крепости, либо окружённые стенами городки, на третьих одиноко стоящие храмы. Много раз нам встречались рыбацкие судёнышки вышедшие на промысел и предлагавшие закупить у них свежую рыбу. Не найдя другого дела люди резались в самодельные карты и кости. Я же все дни проводил в постоянных тренировках пытаясь как можно лучше развить открывшийся мне новый дар власти над предметами. Я начинал с простого подвешивал на нитку небольшой груз и усилием воли заставлял качаться его из стороны в сторону. Затем перешёл к более сложным вещам пытался взглядом поднимать предметы. Вначале это были лёгкие предметы: перо, платок, клубок ниток, иголка. Затем, постоянно утяжеляя вес я смог, наконец, оторвать от стола, на котором они лежали: пистолет, меч и арбалет. Тренировки требовали от меня очень больших сил и внутренней энергии, но я чувствовал по мере увеличения их как возрастает и моя сила. Не забывал я и о телепатических способностях. Освоенные некогда навыки быстро возвращались ко мне. Мне уже не составляло особой сложности выставить мысленный «барьер» над каютой или закрыть свои мысли во время прогулок по палубе. С каждым днём я чувствовал себя всё сильней и сильней. Чувство силы вдохновляло я научился быстро восстанавливаться, черпая энергию из ветра, солнца и звёзд. Это не с чем не сравнимое чувство ощущать, как в тебя вливается энергия природы. Ещё секунду назад ты был обессилен и вымотан тренировкой, но вот ощущаешь неведомую силу она наполняет тебя как сосуд и через миг ты чувствуешь, как она уже хлещет через край как будто не было изнуряющих тренировок и усталости. Ты снова свеж и бодр. Вместе с силой к тебе приходит, и осознание мощи и величия мироздания, где ты одновременно ощущаешь себя- то маленькой песчинкой, то центром вселенной. Вместе с энергией к тебе приходят неведомые ранее чувства и знания. Однажды, как-то стоя на палубе и отдыхая, я вдруг ясно осознал, что под нами на глубине находится судно. Оно лежит там уже несколько десятков лет и почти полностью затянулось песком и илом, у него сломана мачта и пробито дно. Закрыв глаза я вдруг отчётливо увидал, как плывя здесь когда-то на нем, разгорелся бунт. Это было судно работорговцев. Матросы, изрядно выпив приступили к дележу добычи. Вспыхнула сора кто- то потянулся за оружием. В довершению ко всему из трюма для живого товара на палубу вырвались рабы, и началась бойня. Кровь рекой текла по кораблю. В конце концов, рабы пользуясь своей численностью, взяли верх, они перебили почти весь экипаж. Лишь несколько матросов и шкипер уцелели, запершись в грузовом трюме, да юнга залез на мачту в поисках спасения. Желая достать его для расправы, в порыве ярости рабы срубили мачту. Она с громким треском рухнула за борт. Юнга утонул, запутавшись в парусах и канатах. Матросы в трюме понимая свою обречённость и от бессильной злобы пробили днище. Вода как под напором хлынула в трюм и вскоре корабль затонул. Никто не спасся. В какой-то миг всё происшедшее промелькнуло у меня перед глазами. В другой раз, находясь в каюте, я понял, что где-то недалеко в море затаился хищник. Это большая старая рыба она уже давно не ела и чувство голода мучило её. Рыба была уже не столь резвой и не могла сравниться с более мелкими рыбешками в скорости и проворстве. Поэтому она спряталась в заросли морских водорослей и терпеливо ждала. Рядом резвилась стайка пёстрых рыбок, они беспечно плавали, не подозревая об опасности. Одна из них неосторожно подплыла к самим растениям. Собрав все силы хищник сделал молниеносный бросок. Стайка бросилась в рассыпную, а неосторожная рыбёшка оказалась у него в зубах. До меня докатилась волна ужаса пойманной жертвы и ликование голодного хищника. Всё это произошло в какой-то миг, но так отчётливо, что в памяти ещё долго вспыхивали образы торжествующего хищника и пойманной жертвы. Я видел всё это так ясно, словно сам был там.