Он глядел на меня жадно. Он меня хотел – но не в качестве, скажем, желанной женщины. Он хотел то, что я могла бы дать ему. По некоторым повадкам я сообразила, чем он занимается. Дальнейший разговор только подтвердил, что передо мной хозяин какого-нибудь драного и наверняка безлицензионного казино.
Едва я это сообразила, как кинула взгляд на братца. Господи, вот ведь примитив какой… Ну и ситуация. Любопытно, сколько он проиграл? И вот на это он мне намекал, когда говорил, что нашёл мне женишка? Долг латине отдать таким образом решил? Он что? Вообще не соображает, что с появлением этого типа в нашей семейке мы тут же развалим нашу семейную империю?
Господи, ну и остолоп мой братец… Брезгливо налюбовавшись на его обеспокоенное толстое, толстогубое и толстоносое лицо в обрамлении длинных, неопределённо серых волосёнок, я перевела взгляд на третьего.
Он прятался за спинами. Еле разглядела квадратное лицо, кажущееся крупным из-за зачёсанных назад редких рыжих волос, длинный хищный нос и кривой длинный рот, почти безгубый. Как прорезь. Так. Этот поопасней. Он явно из тех, кто помогает «моему женишку» поддерживать его мелкий незаконный бизнес. Тот, кто отвечает за охрану казино и уж наверняка за взыскание долгов с проигравшихся. То есть командует армией беспринципных типов, для которых убийство – привычная работа, и ничего более.
Мой Кирилл – из проигравшихся?
Он стоял у стены, понурившись. Безразличный к тому, что происходит.
Тот, из-за спин, вышагнул и кулаком в плечо подтолкнул его к двери.
- Иди. Свои сребреники получишь чуть позже. Ну…
Кирилл молча, не поднимая глаз, пошёл к двери. Я бесстрастно смотрела ему в спину. Это я тоже «прочитала между строк»: он должен был стеречь меня, чтобы я ни с кем. А его сейчас самого поймали – со мной. Поза-то наша была недвусмысленна – для вошедших… Он остановился. Я приподнялась на постели: скажет что-то в оправдание? Пусть только попробует, пока я злая на него! Но он, если и хотел что-то сказать, не успел. Его снова грубо стукнули в спину, отчего он чуть не споткнулся.
«Жених», не сводя с меня взгляда, сказал:
- Пока не отпускать.
Если они ему – хоть что-нибудь… Сброшу бомбу на общий костёр.
Моё!..
Дверь в гостиную открылась, и я мельком отметила, что там, в помещении, полно народу – того самого, который явно под командованием рыжеволосого типа. Странно, как их пропустили при входе в отель? Я же выбирала отель не наш, не семейный.
- Так, быстро сказали, чего хотите, - велела я, когда дверь за Кириллом закрылась.
- Ингрид, я… - замялся братец.
- Мартен, скажи откровенно, сколько ты продул этому типу?
- Откуда ты?! – чуть не закричал он и тяжело задышал, задыхаясь.
- Столько, что я согласился только на тебя, сладкая моя девочка, - сказал хозяин, как он считал, положения. – Откуда ты только знаешь, что он проиграл? Хотя… Мартен, конечно, описывал тебя, но не сказал и половины того, что ты собой представляешь.
Про себя мне пришлось переводить его напыщенную речь, сказанную на таком вульгарном языке, что я не смогла удержать брезгливой гримасы.
- Чико (его красивое лицо перекосило), - перебила я, всё ещё кривясь от брезгливости. – Где ты учился, если говоришь на таком сленге? Из каких трущоб ты вылез? И вообще… Как вы мне всучили именно этого телохранителя? Мартен!
- Ингрид, пожалуйста, не кричи, - торопливо сказал братец. – Мы тебе перекрыли доступ в космосеть через твой вирт и транслировали на него собственные видео, пока ты не нашла себе телохранителя по нраву. Этого мы постоянно переодевали и гримировали, пока ты не решила, что он тебе подходит.
- Хочешь сказать, предыдущий красавчик тоже на вашей совести? – удивилась я.
Он повесил повинную голову, но явно не собирался менять своих планов.
- Ну ладно. И что дальше? – в лёгком недоумении спросила я.
- Мы переезжаем в мою резиденцию! – заявил жених. – Меня зовут Ринальдо! И я твой будущий муж.
- Резиденция? О, какие ты слова знаешь! – ухмыльнулась я. – Хорошо. Теперь выйдите – я оденусь!
- Ты стесняешься меня, сладенькая? – в ответ ухмыльнулся жених, не обращая внимания на подковырку с «резиденцией».
- Стесняюсь?! – изумилась я. – Стесняюсь человека, которого собираюсь убить с особой (я оскалилась) жестокостью? Фи! Тоже сказал!
Его, рванувшегося ко мне, за рукав поймал рыжий. Что-то тихо проговорил, и Ринальдо успокоился, отдышался и смог, как он полагал, достойно ответить мне: