А потом шли по дороге, взявшись за руки…
- Я про тебя мало знаю, - сказала я. – Ты был женат?
- Нет. Времени как-то не было. Да и… Я сразу после военной академии попал в армию, а там не до личного.
- А где до сих пор жил Рольф? У твоих родителей?
- Мы все жили у деда. Он отец моего отца. А тот постоянно болел и не мог найти нормальной работы, потому и оставался при деде. Мы не так уж и богаты. А когда родители умерли, Рольф тоже остался при деде. Брат – от второго брака отца, - счёл нужным он уточнить. – Я забрать его не мог – у меня постоянно служебные квартиры, да и переезжал часто. Так что проследить за его учёбой, воспитанием не мог бы. А дед у нас крепкий – он держал Рольфа в ежовых рукавицах. Пока не похитили. Я всё надеялся: как выйдет срок контракта – вернусь, заживём с ним. А тут вон как получилось.
- Будешь в должности восстанавливаться?
- Посмотрим.
«Убью, - спокойно подумала я. – Будешь реальным трупом, но моим. Блин, на могилку приходить буду!»
Он будто услышал, что я думаю: остановил, заглянул в мои глаза – у какого-то маркета, из витрин которого волной лилось световое разноцветье рекламы. Долго смотрел.
- Почему? Почему ты так смотришь?
- Показалось, соус остался на щеке.
Я закинула руку ему на затылок, притянула к себе. В рекламном свете его карие глаза, немигающе глядящие на меня, смотрелись странно.
- А хочешь?
Не договорив про восстановление на службе (поймёт!), я с каким-то страхом смотрела в эти бликующие глаза.
- Нет. Не хочу. Это – прошлое. Настоящее – это… - он слегка поджал рот, глядя на меня. И я договорила: настоящее для него – это Рольф. И, несмотря на недоговорённость, я была готова убить каждого, кто бы покусился на Кирилла. Потому что чуяла звериным чутьём: Кирилла могу убить только я.
Отвернулась, так и не дождавшись от него объяснения, что именно для него настоящее. Только почти рассеянно сказала:
- Меня сегодня тянет убить кого-то. Постоянно думаю даже не о смерти. Об убийстве. Смешно, да?
Его ладони мягко опустились на мои плечи.
- Странно, скорее, - задумчиво сказал Кирилл. – Ты очень чувственная. Если тебя тянет на убийство, то…
Мы вдруг обеспокоенно переглянулись.
- Оружие есть? – спросила я.
- Есть. Будем брать такси? – Он, мгновенно побледневший, ещё сумел изобразить усмешку.
- Нет. Мы сейчас идём в любое отделение банка. Пока мне оформляют карточку, возьму тамошний вирт и перезвоню Эрику.
Он кивнул и выпрямился, внешне бесстрастный, но ощутимо напряжённый, о чём никогда бы не догадалась, не заметь, как дёргается в нервном тике уголок его рта. Поэтому специально для него сказала:
- Надеюсь, напоминать не надо, что ты мой телохранитель? Тогда идём!
Нужное отделение мы нашли не сразу. Пришлось обратиться к полицейскому, стоявшему рядом с патрульной машиной. Тот указал на неприметную дверь, за которой скрывалось узкое помещение с кабинками подключения ко всем мало-мальски крупным банкам Содружества. На несколько секунд я зашла в кабинку идентификации, после чего меня попросили выждать минут пять для регистрации новой карточки.
- Хоть десять, - проворчала я, садясь в кресло. Кирилл тенью встал рядом. На почтительное предложение дежурной девушки-официантки я велела: - Вирт – с Сетевой связью, пожалуйста.
Не глядя на Кирилла, я то и дело чувствовала: он смотрит на меня – и на некоторое время словно исчезает из пространства, и ощущение пустоты рядом легко подсказывает, что мыслями он в эти секунды в нашей новой квартире – рядом с братом.
- Эрик! – резко сказала я, едва заслышав ленивый голос старого друга. – Мне нужно перекрыть все вылеты с Кэссии. Все. И пассажирские, и специальные.
В стеклянной дверце кабинки напротив я увидела, как остолбенел Кирилл, глядя на меня.
- Ты так говоришь… - с сомнением начал Эрик.
- У меня плохие предчувствия, - сказала я. – Некоторое время меня не было в новой квартире. Когда ты в последний раз связывался со своими ребятами, которых оставил охранять нас?
- Секунду, - сказал он. – Я сейчас попробую вызвать старшего. – Минута на вслушивание – и я поняла, что Эрик дозвониться не может. Он подтвердил это, сухо сказав: - Перекрываю все вылеты с Кэссии.
По голосу я сообразила, что мой старый друг постепенно вскипает в редком для него состоянии бешенства: его боевиков смог кто-то переиграть?!
- Судя по всему, дело – дрянь. Ингрид, не лезь на рожон. Сейчас вызову всех, кто у меня есть на Кэссии. Они соберут остальных. Секунду, мне позвонили. Да? – послышался его голос, отвечающий кому-то. Затем он вернулся. – Всё. Полёты с Кэссии блокированы. Ты где? Далеко от квартиры?