- Не очень.
- Не лезь, повторяю. Через три часа буду рядом.
- Я не полезу, - равнодушно сказала я. – Я пойду. В мою квартиру. И попробует мне кто-нибудь возразить!
- Удачи, - хладнокровно попрощался Эрик.
- Девушка! – остановила я пробегавшую служащую. – Это вирт банка? Оформите мне его в собственность или на прокат.
- Простите за беспокойство, леди, ваша карточка готова, - с поклоном сказал мне куратор отделения.
Уже на выходе нас догнала девушка и протянула мне карточку на временное пользование банковским виртом.
- Зачем тебе банковский? – шепнул Кирилл уже на улице.
- Не уверена, что мой не заражён или снова не блокирован. Поэтому я не пытаюсь прозвониться по нему домой… Нам – за угол.
- Не понял.
- Там нас ждёт вертолёт. На такси слишком долго добираться.
Кирилл кивнул и быстро прошагал вперёд, проверяя дорогу.
Нас никто не остановил, когда мы оба вошли на площадку для полицейских вертолётов. Достаточно было назвать фамилию и номер заказа. Вылетели сразу. Кирилл сидел рядом, осунувшийся и странным образом напоминающий натянутую тетиву. Или выскальзывающий из ножен кинжал.
Тем не менее – замечал всё. Резко оглянулся.
- За нами ещё один вертолёт!
- Ребята Эрика.
- Откуда их здесь так много?
- Их мало, - бесстрастно объяснила я. – Деньги решают всё. Это – наёмники. Достаточно на планете иметь одного Эрикова боевика – и будешь иметь армию. Мало кто об этом знает, потому что все боевики, как правило, призраки. Сейчас к моей квартире по тревоге слетаются все – на вертолётах.
- Ты… - Он затруднился выразить свою мысль, с тревогой глядя на меня. – Ты…
- Я не люблю говорить об этом, Кирилл. Но – да. Я часть всего этого. И мне это нравится. Потому что только так иной раз можно удержать мир в границах… мира.
Он ссутулился, и я развернулась к нему. Да, я собственница. Этот человек – уже с потрохами мой, хотя не представляет себе такого. Если случится что-то с Рольфом, его неотделимой частью, я переверну мир и найду его. И его обидчиков. Кирилл – сильный человек. И больше всего я боюсь, как бы его не сломали. Три года он был в униженном положении, пока его шантажировали младшим братом. Сегодня ему нанесли ещё один удар. Пока мы оба не знаем, что произошло. Предполагаю, Эрик прав: человек, решивший, что кулон Виктории уже в его руках, а реальное прикосновение к нему – лишь дело времени, не захотел оказаться в проигрыше. Примерно предполагаю, что именно ждёт нас в новой квартире.
Я положила пальцы на ладонь Кирилла. Не глядя на меня, он сжал их. Слишком сильно. До боли. И мгновенно расслабил руку. Почувствовал, что мне больно? Или понял, что сжимает слишком сильно? Главное ясно: нас двое. И за нами – целая армия, которая поможет нам быть вместе.
Глава 11
На подлёте к вертолётной площадке дома, где располагалась моя нынешняяквартира, я заметила (на это невольно обратил внимание Кирилл, дёрнувшийся выглянуть на движение сбоку), что первым начал приземление наш охранный вертолёт. Причём ему пришлось выбирать место среди уже занявших площадку. И только потом смогли приютиться мы – на место, которое специально оставили для нас.
Кирилл спрыгнул первым и стоял, держа меня за руку и непроизвольно, сам того не замечая, подавшись всем телом к выходу от вертолётной площадки вниз, в жилые помещения. Вокруг нас уже скопились люди – неопределённого вида. Боевиков-призраков узнала сразу – по особой выправке. Остальные – наёмники.
Ещё на подлёте заметила вокруг здания поблёскивающие огни. Полиция.
Взглянула на Кирилла. Сердце заледенело – при виде внешне безразличного лица. И того, каким оно сейчас станет. Но смогла выговорить спокойно:
- Ты – вниз не пойдёшь.
Он разлепил взмокшие пальцы вокруг моей кисти и рванул было мимо меня. Пока машинально оттирала тёмные, отпечатавшиеся на коже следы его хватки, его поймали за куртку – скрутили руки назад. Поглядывая на него, молча рвущегося, пытающегося сбить с ног удерживающих его, я отдала Артуру, «официальному» представителю Эрика на Кэссии, мелочь, бывшую при мне: оба пистолета, оба вирта – свой и банковский. Карточку, подумав, оставила. Она всё равно временная – много с неё не снимешь.
Кирилл отвернулся. Как будто сдался. Сейчас он ненавидит меня. Сейчас он боится за меня. Думает – я не понимаю, что именно собираюсь сделать. Мне – пофиг. Я знаю, что должна делать. Артур кивнул мне.