Не оттого ли охрана встала дыбом, как он выразился, что ребята Эрика пробились сквозь немыслимые преграды и… И тем самым подставили Кирилла, заставив его охрану поверить, что он связан ещё и с криминальным миром? Сказал ли он им, кто такой Эрик? Надо бы спросить самого Эрика, каким образом они достализасекреченный номер вирта Кирилла и как представились, передавая для него жизненно важную информацию.
И даже еды не принесли!
- Не думай про это.
Новыми глазами смотреть на Кирилла уже привычно. Постоянно изменяется мнение, и постоянно появляется иной человек – не тот, к которому привыкла.
С другой стороны, много ли я знаю самого Кирилла… Месяц, пока кокетничала с ним, не считается. Там был абсолютно незнакомый, некрасивый человек, с которым мне захотелось поиграть в «Красавицу и чудовище», оставив ему не самый приглядный образ в этой игре. Три дня, в течение которых мы почти не вылезали из постели. Несколько часов в несколько суток общались далее. В сущности… В сущности, я его очень хорошо знаю, потому как мы смогли быть вместе в довольно экстремальных обстоятельствах.
Несмотря на все свои шрамы и ожоги на лице (теперь я знаю, что получены они во время организованного Хантерами взрыва), Кирилл очень красив: эти тонкие черты лица – не только результат чистоты рода Эйденов. Это ещё и результат проявившейся в нём в последнее время его настоящей личности, гордой и свободной. С таким Кириллом я пройду в любое общество. И там, даже при наличии шрамов, будут преклоняться перед ним как перед аристократом. И этот аристократизм не наигранное.
Прервав размышления, я деловито спросила:
- Мне уже пора уходить?
- Боюсь, что так.
- И как это дело организуем?
- У тебя идеи есть?
- Перейду в состояние Тени. Думаю вернуться к своему катеру. Ребята Эрика поднимут меня и помогут выбраться с Сэфа. Жаль, что тебя прихватить не удастся.
- Ингрид… Ты же понимаешь, что переход из официального трупа в беглого военного преступника не даст нам жить нормально.
Я немедленно обняла его, усевшись к нему на колени. «… не даст НАМ жить нормально». В его сильных руках тепло и уютно. Но тревога томила.
- Кирилл.
- Мм?
- Обещай, что вернёшься – и очень скоро.
- Не люблю давать обещаний.
- Мне – плевать. Я буду ждать. Учти. Если понадобится, я найму лучших адвокатов для тебя. У тебя будет лучшая защита.
- Ингрид, за это не бойся. Наше ведомство заинтересовано выяснить всю правду. Поэтому я надеюсь, что меня выпустят.
- Всего лишь надеешься?.. – скептически переспросила я. И добавила спокойно: - Если твои надежды не сбудутся, Содружеству придётся пережить ещё одну войну. И начну её я.
Не выпуская меня из рук, Кирилл молчал, словно отключился от окружающей его действительности. Я осторожно подняла руку коснуться его коротко стриженных тёмных волос. Рассеянно проговорила:
- Странно… Вот ты сказал и не однажды – нам. А мы ведь вообще ни разу не говорили о том, чтобы быть вместе.
- А ты против? Чтобы вместе?
- Я против того, чтобы молчать об этом, - заявила я и поцеловала его. – Но я рада, если даже без слов понятно, что мы с тобой идеальная пара.
- Мы – идеальная?
- Не разочаровывай, - я погладила его затылок, вызвав затруднённое, беспокойное дыхание. – Мы здорово подходим друг другу. У нас есть общий младший братишка, о котором надо позаботиться (про решение Скального Ключа я решила промолчать: мало ли что за эти годы произойдёт). У нас есть общая любовь к байкам. И вообще у нас любовь. И только попробуй сказать, что ты меня не любишь! – неожиданно для себя велела я.
- Ингрид… Я люблю тебя.
Несколько слов. Затверженных, потому что говорили их друг другу в разные времена разные люди. Всего несколько слов. Простых и вроде даже обыденных. Только почему меня от них вдруг будто горячей иглой пронзило?.. И не одной – всадили обе в глаза… Почему после этих слов я поняла, что уйти от Кирилла – это значит перерезать себе жилы, отодрать от себя живое мясо? Так вот грубо, но точно по ощущениям.
- Кирилл, я так люблю тебя, - тоскливо сказала я.
Он, придерживая меня за голову, ткнулся лбом в мой лоб. Глаза в глаза – его карие, чистые снова удивили меня – не запорошенные.
- Мы же решили, что с нами всё будет хорошо, Ингрид. Не надо, Ингрид. Расстаёмся ненадолго. И скоро будем вместе.
- Обещаешь?
Он помедлил.
- Обещаю.