В гудении машин катера, с трудом улавливаемом ухом, послышался посторонний звук. Ритмичный и в то же время диссонирующий с ровным гудом. Шаги. Издалека. Скоро затихли перед дверью в наш отсек. Я напряглась. Эти шаги из легко узнаваемых.
Щелчки открываемого замка. Шорох отъехавшей двери.
Хантер, как и ожидалось. Широкая ухмылка скуксилась в недоумение при виде нас, лежащих. Не ожидал? Думал - будем сидеть и трястись?
Поспешно закрывать глаза не стала. Только за рукой не уследила: машинально дёрнулась крепче прижать к себе спящего мальчика. И в то же время напряглась - прыгать, если что... Большие глаза, жёсткие и упорные, застыли на моих. Я смотрела спокойно, не смаргивая его взгляда.
Ничего не сказал. Тихо сделал шаг назад, за порог отсека. Снова закрылась дверь.
Я снова попыталась заснуть. Только начала задрёмывать, как вздрогнул в руках Рольф. Его дыхание зачастило, я даже расслышала сухой, почти бесшумный всхлип... Что ему приснилось? Снова отравленный цех? Снова работа в сущем кошмаре? Прижала к себе. Выпростала вторую руку, на которой лежала, осторожно погладила его по голове. Не проснулся. Снова расслабился... Странно обнимать ребёнка. Впервые... Нахлынуло мгновенно. А ребёнок от Кирилла? Будут ли у него такие же странные, словно припорошённые карие глаза?
Я конвульсивно вздрогнула и тут же испугалась, не разбудила ли мальчишку. Открыла рот - постепенно успокоить взбудораженное дыхание. Кирилл. Вспомнила, как оставила его - за спиной, сама решительно пошла к бандитам. Не оглядываясь... Наверное, здорово обидела. Он, наверное, думает о собственной никчемности и...
Снова шаги за дверцей отсека. Снова тихие щелчки открывающейся двери. Хантер. Не спуская с меня глаз, не вошёл, но перегнулся через порог и поставил у входа какой-то небольшой контейнер - величиной где-то с коробку для обуви. Выпрямился - с кривой ухмылкой - и закрыл за собой дверь.
Мысли сразу о другом.
Наши с Кэссии пропустили катер спокойно. Наверное, Эрик уже собрал ребят на Сэфа. Ждёт нас там. Что он сделает с Кириллом? Запрёт куда-нибудь, чтобы не рыпался, не лез бы спасать меня... Мне стало горячо, едва я вдруг вспомнила тот ураган по имени Кирилл, когда всего лишь провела кончиками пальцев по его животу...
Начала в подробностях вспоминать все секунды, когда мы были наедине с ним. И уснула. Глубоко.
... Толпы людей. То мимо нас, то тащат нас куда-то. Мальчишка жмётся ко мне. Я пытаюсь держать его за руку, чтобы не разлучили даже во сне. Что вижу сон - я это понимаю даже сейчас. Голоса - призрачные, со всех сторон: гулкие, эхом отпрыгивающие от высоких стен... Где-то далеко прошёл Кирилл. Обернулся, сосредоточил взгляд на мне, будто хочет предупредить о чём-то, и пропал в толпе. Меня толкнули в спину - чуть не налетела на кого-то впереди: "Смотри, куда прёшь!" А потом пихают в спину, выталкивая куда-то между людьми. "Смотри!" Это уже мне. Толпа раздаётся в стороны. Я смотрю, но ничего не чувствую. Хантер. Охотник. Но сейчас сам кем-то подстреленная дичь. Лежит на грязном бетонном полу. Умирает. Его тускнеющие глаза останавливаются на мне. Он всё ещё хочет ухмыльнуться. Губы медленно разъезжаются... А зубы будто сто лет не чищенные. Сначала так показалось. Потом разглядела - поняла. Кровь. И не ухмыльнуться он мне хочет, а что-то сказать. И я, не отпуская руки мальчишки, встаю перед Хантером на колени и нагибаюсь услышать его беззвучный выдох так и не сдавшегося зверя: "Добей!.."
... Что-то шевельнулось, едва заметно толкнулось в живот.
Меня как выбросило из сна. Спиной ударилась в стену, когда шарахнулась защититься. Глаза открыла резко.
В отсеке никого. Кроме меня и Рольфа.
Сон - остатками впечатлений. И первая мысль: как же я ненавижу Хантера, если готова увидеть его убитым даже во сне!
- Ингрид... - прошептал под животом мальчишка.
- Я не сплю, - тоже ответила тихо.
- Тебе страшное приснилось?
- Вроде нет. А что?
- У тебя рука дёргалась.
Вон как. Думала - мальчишка меня разбудил. Оказалось - я его.
Убрала руку - Рольф сел на краешек койки, насторожённо приглядываясь к контейнеру у входной двери. Я села рядом.
Никогда не думала, что во сне неспокойная. Неужели до такой степени нервничаю, что... Посмотрела на правую руку. Рольф сказал: "Рука дёргалась"? Тепло усмехнулась сама себе. Или над собой. Рука не просто дёргалась. Там, во сне (снова эхом донесло обрывки), я добивала красивого, но злобного, смертельно раненного зверя. Стреляла.