- Да. Только мне сейчас кажется, что я его уже и не помню. Ну, нет, конечно. Немного помню. Он был такой тучный, много ел. Сейчас не знаю, какой он. Мы жили в большой квартире. Но поменьше, чем та, в которую приехали с тобой. И мы, как ты, не переезжали. Сколько помню - всегда были на одном месте.
- Ты учился?
- Да. Теперь, наверное, придётся переучиваться заново, - сказал мальчишка и вздохнул. - На Сэфа мы не учились. Я многое забыл.
- Ничего. Наймём тебе частных учителей... - начала было я, но Рольф перебил.
- Ингрид, а вы возьмёте меня с собой жить?
- То есть?
- Я бы хотел с вами, - откровенно признался мальчишка. - Дед всё время ворчит, и с ним неинтересно.
- Конечно, возьмём, - уверенно сказала я, хотя уверенности как таковой теперь не испытывала. Одного взгляда в зеркальце оказалось достаточно, чтобы растеряться.
Долго беспокоиться по поводу плачевного внешнего вида не дал Кирилл.
Он появился внезапно.
- Это я, - предупредил он, выходя на наш хилый свет и образуя за собой уродливые длинные тени на потолке. Улыбнулся радостному Рольфа: "Кирилл!" - Принёс кое-что поесть, как и обещал. Ого, вы тут и свет раздобыли! Неплохо!
- Мы люди пещерные, - смиренно откликнулась я. - Чем богаты, тем и рады. Ещё б костерок разжечь, чтоб добычу какую-никакую поджарить, так ведь голодных набежит на запах - толпы!
Он только хмыкнул на мою не слишком удачную попытку пошутить и сел так, чтобы братишка оказался между нами. Оживившийся Рольф почти ткнулся ему в руки посмотреть, что именно он принёс. При виде пластиковой коробки чуть не отшатнулся.
- Ты чего? - удивился Кирилл.
- В катере нас отравили едой из такой коробки, - объяснила я и, сжав ладонь мальчишки, встряхнула её. - Не трусь. Кирилл нас точно не отравит.
- Не понял. Вам дали плохую еду?
- Нет. Нам подсыпали в неё снотворное.
- Вполне в стиле Хантеров, - пробормотал Кирилл. - Рольф, это ты можешь есть безо всяких опасений. Я отнял коробку у одной личности, которая только-только начала поедать её содержимое с превеликим удовольствием - даже на фоне орущей сирены. Так что подопытный кролик дал положительные показания на качество кушанья.
- Коробка одна? - смешливо спросила я. И тут же предупредила: - Я есть не буду!
- Это ещё почему? - возмутился Рольф.
- Да, мне тоже хотелось бы знать, в чём дело! - сказал и Кирилл.
- У меня выдалась потрясающая возможность похудеть настолько, насколько мне хочется! Так что пользуюсь возможностью быть щедрой и отдаю вам, голодные бедняжки мои, свою благотворительную порцию!
- И думаешь, мне в горло кусок полезет, когда я буду знать, что ты сидишь рядом и не ешь? - укоризненно спросил Кирилл, а младший брат его поддержал.
- Ничего. Давнёшься немного, но поешь. Нечего тут у меня! Распустились - есть они не хотят при девушке, которая следит за своим весом!
- Ну, ладно. Ингрид, а твоему весу не повредит ма-ахонькая бутылочка какого-то сладкого напитка?
- Это - нет. Пить очень хочется. Давай. - И я решительно забрала у него длинную бутылочку, главное - с узким горлышком. Не признаваться же напрямую, что я просто не могу есть: плохо зажившая кожа губ лопается мгновенно. Мазь, наложенная врачом, то ли впиталась, то ли я её съела, пока разговаривали. Говорить-то могу - почти цедить сквозь зубы. И даже помады нет - смягчить кожу! А обливаться кровью при моих мужчинах... Нонсенс! Ещё не хватало, чтобы меня жалели!
15.
- Сколько нам придётся сидеть?
- Сирена замолчит - знак, что здание начинают брать. Как всё утихнет - выходим.
Я со вздохом поднялась, одёргивая на себе чужую куртку, которая так давила на плечи, что хотелось сбросить её немедленно. Обернулась посмотреть на Кирилла, сидящего на земле в обнимку с младшим братом, который засыпал, даже не стараясь бороться со сном. Пусть спит - время есть. Самой бы тоже не помешало: и устала, и почти не спала... Обернулась и - улыбнулась в ответ от неожиданности: Кирилл улыбался мне... И сразу стало так тепло - без всякой куртки. Ещё подумалось: сбросить, что ли? Слишком уж с каждой секундой она начинает давить на меня...
А потом пошло дежа вю... Страшное в своём проявлении и муторное до тошноты. До физической, настоящей. Мозги вдруг притупели - и не сразу поняла, что никакое это не дежа вю. А повтор бывшего недавно. Но в другой форме.
Рольф, до сих пор дремавший - прислонившись к плечу Кирилла, вдруг беспомощно поехал головой вниз, на колени брата. Я было шагнула к ним машинально - спросить, не помочь ли чем. Не шагнула. Хотела шагнуть. И не смогла. Ноги стремительно, словно прямо сейчас им делали чудовищную инъекцию какой-то дряни, наливались тяжестью... Не поняла. Взглянула на Кирилла спросить, не кажется ли ему всё это странным... Он сидел, привалясь к стене, пытаясь моргать, и явно у него это плохо получалось - с трудом разлеплял ресницы, неожиданно тяжёлый и усталый. Фонарик, оставленный на середине пола в нашем потайном местечке, он сбил нечаянным, неловким движением и словно не заметил того. Белый луч упёрся в угол, и в нашем тайнике стало совсем темно... Он так устал, что не может удержаться от сна? А я?