Э
йра сидела в своей комнате еще долго после того, как все остальные легли спать. Она сказала Элис, что присоединится к ней, если она не сможет уснуть или если ее будут мучить кошмары. Но сна не было ни в одном глазу.
Она была уверена, что к ней сегодня вечером придет Дюко. Двор Теней захочет увидеть ее скорее раньше, чем позже, а с момента ее возвращения прошел уже день, а то и больше. Пока она ждала, присев на край кровати, она смотрела в окно, анализируя события дня. Она стала свидетелем казни людей, и смотрела, пока те горели. Их крики стояли в ее ушах. И все же в груди ее жила пустота ямы. Тьма, окутавшая ее в ту ночь с Маркусом, затвердела под воздействием Столпов во что-то настолько бесчувственное, что Эйре казалось, что часть ее сломалась безвозвратно.
Всякий раз, когда ей было нужно, она могла уединиться там. Она превратила одиночество и тьму в свое оружие. При необходимости это могло взбодрить и сильнее ожесточить ее, чем когда-либо мог надеяться сделать лед. Это могло отточить ее магию и сделать ее силы острее, чем любой клинок, который Столпы когда-либо могли применить против нее.
Подняв руку, Эйра представила, как ее магия собирается в ее ладони. Она качалась вправо-влево, когда Эйра крутила запястьем, словно маленький океан, созданный ею самой. Да, магия стала другой после ямы. Она наткнулась там на что-то, чего Столпы не собирались ей показывать.
Или… возможно, собирались. Ферро считал, что может забрать силы, и это было частью того, что делало ее полезной для него.
— Украсть магию, — пробормотала Эйра и полезла под кровать, с облегчением обнаружив дневники на своем месте. Она помнила, что видела запись о закрытии канала мага. — Вот оно. Закрытие магического канала… — Эйра пролистала страницу, начиная изучать магию, которой ее дяди никогда бы ее не научили.
Тихое царапанье, наконец, оторвало ее от чтения. Открыв дверь, Эйра столкнулась со знакомым кротом. Он едва взглянул на нее, прежде чем броситься прочь, исчезнув за камином. Эйра бесшумно пересекла залитую лунным светом комнату. Она взмахнула рукой, вызвала вокруг себя иллюзию, отпустила задвижку и шагнула в потайной ход.
Они пробрались между стенами. Эйра направила свою магию в ноги, используя лед, чтобы не сбиться с дороги, не споткнуться и не упасть. Когда они, наконец, спустились под поместье, пульсация магии окружила крота, и Дюко-мужчина предстал перед ней.
Когда он повернулся к ней, Эйра испуганно отскочила назад. Его лицо было искажено гневом, а шрамы подчеркнуты блеклым светом светящихся точек на лбу. Он схватил ее за грудки, притягивая к себе.
— Ты лживая маленькая обитательница Темного острова. Именно из-за таких как ты, некоторые из нас на Меру, скептически относятся к тому, знаете ли вы вообще, что такое держать слово, — прорычал он.
Эйра поджала губы. Дюко явно было, что еще сказать, и она была права.
— Из-за тебя вся операция была поставлена под угрозу. Более того, вся деятельность Двора была скомпрометирована.
— Они были предупреждены о вашем присутствии раньше моего.
— Но я мог спокойно ускользнуть от них, в отличие от твоих неуклюжих человеческих ног. Если бы ты просто подождала, как должна была… — Он притянул ее ближе, и теперь обе его руки оказались на ее горле. Странно, но, несмотря на всю его ярость, Эйра не чувствовала от него ни малейшей угрозы. Не потому, что Дюко не мог причинить ей боль, просто, по какой-то причине, она искренне верила, что он этого не сделает. Это было совсем не похоже на то, когда Ферро сжал руками ее шею, и ей казалось, что он задушит ее. — Ты знаешь, сколько времени нам потребовалось, чтобы найти информацию об их конспиративной квартире? Ты хоть представляешь, сколько времени нам может потребоваться, чтобы найти их новое место? Ты хоть представляешь, сколько теней отдали свои жизни, чтобы сделать эту операцию возможной, а ты просто вальсируешь в конце, доставляешь предмет и считаешь, что имеешь право покинуть пост из-за какой-то глупой вендетты?
— Мстить за моего брата не глупо, — защищаясь, прорычала она, хотя понимала, что он был прав во всем остальном.
— Ты не единственная, кто хочет отомстить! — Его молочно-белые глаза были широко раскрыты и сияли. Он опустил голову в ответ на ее молчание. Его пальцы немного ослабли, но не покинули ее горло. — Это был мой шанс, — прошептал он. — Ты… ты все испортила.
— Что?
Дюко поднял лицо и долго смотрел на нее.
— Ты хочешь знать, как было изуродовано мое лицо? Правда?