Мы сидели на полу, пытаясь отдышаться. Кожа горела там, где наши тела соприкасались, дыхание Клэр щекотало кожу. Осторожно вышел из неё, чувствуя, как мышцы сокращаются от отголоска затухающей эйфории. Клэр же и вовсе не слабо так потряхивало от пережитого.
- Малыш, ты как? – с трудом разлепил глаза, осматривая обессиленную девушку.
- Если связь продолжит в том же душе, то скорее всего мы с тобой скоро сдохнем, но счастливыми, - её хриплый голос звучал до невозможности сексуально.
- Очень смешно, - усмехнулся и прижал её ближе.
- Прости, что, не разобравшись в ситуации, сразу накинулась на тебя с обвинениями.
- Будешь должна мне свидание и год бесплатной выпивки в вашем клубе, тогда может быть прощу.
- Что?! А ты извиниться не хочешь за то, что таскал меня сейчас как пещерный человек?!
- Нет, - нагло усмехнулся, глядя на её ошарашенное лицо. - Мне понравилось. Надо чаще так делать, тебе же нравится секс с этим пещерным человеком.
Она еле ощутимо ткнула меня ладошкой в плечо выражая недовольство. Но потом рассмеялась, соглашаясь, что пещерный человек из меня то, что надо.
Странные у нас отношения. Нужно привыкать друг к другу с нуля, заново притираться. Десять лет - огромный срок. Мы оба изменились, во многом, наверно, не в лучшую сторону. Меньше наивности, больше шипов.
С годами мы все обрастаем событиями хорошими и плохими, но ни одни не оставляют нас прежними. Когда плохие события преобладают в твоей жизни, ты начинаешь искать подвох во всем, что тебя окружает, даже в самых близких людях. Кажется, что если ты найдешь подвох, то сможешь к нему подготовиться, и будет не так больно, когда всё пойдет не так, как тебе того хочется.
Со временем мы восстановимся, уверен в этом, а сейчас просто необходимо быть терпимее друг к другу. Она нужна мне. Я люблю эту женщину и добьюсь ответного признания, сколько бы времени это не заняло. Мы созданы друг для друга, наша связь - прямое тому доказательство.
- Расскажи мне? Чего ты испугалась в клубе? Что увидела?
Стоило ей услышать вопрос, как её рука метнулась к кулону, висящему на шее. Она одернула себя, понимая, что поздно, я заметил эту непроизвольную реакцию.
- Видения из-за артефакта, верно? – осторожно накрыл её ладонь своей.
- Да, но Кьяра отказывается что-либо объяснять. Постоянно утверждает, что всему своё время, я сама всё пойму.
- Что было в видении?
- А что было в участке скрижали, которую удалось расшифровать?
Ну вот опять.
Повисло тяжелое молчание.
- Если ты не готов мне доверять, тогда мне нечего тут делать, Рик, - слух резануло горечью, сквозившей в её словах.
Клэр попыталась встать на ноги, но мои руки крепко удерживали девушку от побега. Молясь о том, что мне не придется пожалеть о последствиях, отчеканил перевод:
- Кровавое солнце является сосредоточением силы, дверью, сокрытой величайшей магией. Лишь золотой ключ Грани вскроет печать, захлопнет границы великой жертвой. Солнце умирает при соприкосновении с тенью. Золото, пронизанное тьмой, сотрет солнце и закроет границы навсегда. Колесо времени будет остановлено. Это перевод той части скрижали, которая у нас есть. Должна быть вторая половина, но мы пока в поисках.
Эти строчки не идут у меня из головы с тех самых пор, как Азмунд их перевел. Они засели настолько глубоко, что уже и не стереть.
Клэр притихла, глядя перед собой. Выглядела девушка, мягко говоря, потеряно.
- Так что было в твоем видении? – осторожно напомнил о себе, но она всё равно вздрогнула, словно уже и забыла, что находится не одна.
- Это не видения, это воспоминания…
Что?.. Как?
- Мне больно, Рик...
Сам не заметил, как пальцы с силой впились в её кожу от напряжения.
- Прости... – ослабил хватку, виновато поглаживая покрасневшую кожу. - Как такое возможно? Почему ты думаешь, что это воспоминая?
- Я предположила, Кьяра подтвердила, но я не понимаю кому они принадлежат, они не мои. Это просто не имеет никакого смысла. Сегодня в клубе…В клубе я просто разговаривала с Азом, мы завтракали. По середине нашего разговора, я подняла на него взгляд… его глаза были под пеленой тьмы. Той самой тьмы, Рик. Той самой, что мы видели в Келтоне. Стоило мне моргнуть и видение исчезло, будто ничего и не было. Я испугалась за Аза... Но это не всё. Потом в машине, по пути к Клису, я пыталась напрячься, вспомнить еще хоть что-то, но смогла увидеть только размытую фигуру в балахоне, а в награду получила адскую головную боль. Кьяра только и повторяет «ты всё вспомнишь и поймешь в чем дело», но я ничего не помню и ничего не понимаю.
Под конец своего рассказа Клэр отвернулась, не желая встречаться со мной взглядом, как будто ей было до мерзости стыдно. Она с силой закусила губу, а сама будто сжалась в размерах. Сейчас от её упрямства, гордости, напускной самоуверенности не осталось ни следа. У меня на руках сидела потерянная хрупкая девушка, которой было просто страшно.