— А давно ты их знаешь?
«Полтора месяца? — спросила себя Лариса. — Два?»
— Всю жизнь, — отрезала она.
— Тогда я спокоен. — Контрабандист удовлетворенно кивнул. Однако взгляд его тревожно метнулся в сторону побережья. С моря оно выглядело как любой другой курорт мира: много зелени, пальмы, белые отели… Но это была лишь видимость. Дело происходило не где-нибудь, а в Грузии. Все реформы полиции не отменяли того факта, что организованная преступность чувствовала себя здесь как дома. Да и неорганизованная тоже.
Не успел Резо поделиться этой своей мыслью с Ларисой, как на морской глади рядом со шхуной появились пузырьки, потом вода заволновалась и пошла кругами, пропуская на воздух сначала одну черную голову, потом другую.
— Ну что? — крикнул Резо, падая животом на поручни. Лариса ограничилась тем, что сильнее обхватила пальцами дерево.
Пловцы переглянулись. Потом синхронно помотали головами. Потом не выдержали и восторженно завопили, барахтаясь и поднимая фонтаны брызг. Услышав их хохот, Резо бросился к канату, опущенному в воду. Некоторое время он вытягивал канат молча, роняя беспорядочными кольцами на палубу. Наконец канат натянулся, заставив человека поднатужиться.
— Есть! — вскричал он. — Есть!
Подтверждением его догадки стал торжествующий хохот Руслана и Мити. Одна только Лариса молчала.
XXXVII
Как и большинство людей, Тенгиз считал себя не просто хорошим человеком, а самым лучшим. Возможно, его родные, друзья или просто земляки могли бы рассказать о нем немало хорошего. Например, отметить его уважение к старшим. Любовь к родителям. Щедрость, присущую этому человеку. Или даже вспомнить, как однажды он спас мальчика, тонувшего в горной реке.
Но все это не мешало Тенгизу быть и совсем другим человеком — жестоким, подлым, внушающим страх, лелеющим грязные мысли, мечтающим насиловать женщин и унижать их мужей. Богатство было нужно ему не для того, чтобы осуществить какой-то амбициозный проект. Он хотел бы лениться всю оставшуюся жизнь, поплевывая в потолок, и заставляя окружающих обслуживать себя, и не ударяя при этом пальцем о палец. Других далеко идущих планов у Тенгиза не имелось. А ближайшее насущное желание заключалось в том, чтобы отлить. Ничего удивительного, что подобную нужду почувствовал и проснувшийся от неосторожного толчка Сосо. Только Георг храпел как ни в чем не бывало.
Накануне, пригнав катер на южную оконечность пляжа, куда редко забредали и приезжие, и местные рыболовы, все трое опустошили целую гору пивных банок. Процесс начался еще во время установки палатки и продолжился до позднего вечера.
Поразмыслив, Георг решил, что немного оттянуться им не помешает. Ночью все равно никто не станет нырять за общаком, а завтра будет не до пива. Правда, прикладываясь к банке, он не забывал поглядывать в бинокль. Сначала его больше увлекало рассматривание девушки в мужской рубашке с оголенными стройными ножками. Потом, убедившись, что стриптиза не будет, он переключил внимание на ее спутников. Опознал Митю, Руслана, а вперив окуляры в третьего мужчину, крепко выругался.
— Что там, брат? — спросил Сосо, почесывая себя рукой, запущенной в карман штанов. — Кого ты там увидел?
— Дай посмотреть, — нетерпеливо протянул руку Тенгиз.
— Помните того бомжа, что вчера на автостанции отирался? — проворчал Георг.
— И что? — насупился Сосо.
— А то, что там очень похожий на него перец сидит. — Георг, не отрываясь от бинокля, показал пальцем. — Как он туда попал?
— Дай мне, — повторил Тенгиз более требовательно. И сплюнул на гальку, на которой сидел. По мере того как он хлебал пиво, влажное пятно между его ступней постепенно увеличивалось в размерах. С таким обильным слюноотделением он бы мог посоревноваться с собаками Павлова.
Георг не спешил выполнить просьбу, произнесенную таким тоном: он хорошо знал, как легко распустить братву, если делать уступку за уступкой и не показывать силу. С другой стороны, вожак банды намеревался пристрелить своих спутников, когда общак окажется в его руках. Зачем делить на троих то, что можно вообще не делить?
Было ли ему жалко парней? Оба были относительно молоды, оба щепетильно относились к своей внешности, посещали парикмахерскую не реже одного раза в месяц и любили носить белые шелковые носки, которые, если не разуваться, казались довольно чистыми. Поскольку Георг входил в преступную группировку, и Сосо, и Тенгиз наивно полагали, что приняты в банду, хотя это было вовсе не так. Георг и раньше привлекал их к выполнению различных поручений, платя из собственного кармана. Они очень старались и гордились каждым заданием, думая, что все больше повышают свой статус. На их счету уже имелось два заказных трупа в Одессе плюс один случайный в Ялте. В дальнейшем они рассчитывали развернуться по-настоящему и все допытывались у Георга, когда он представит их лидерам ОПГ.