Ресторан выглядел роскошно. Такого невероятного места я ещё не видела. Одна ваза под фрукты, стоящая рядом со стойкой администратора, чего стоила. Все окна завешаны плотными красными шторами, на столах скатерти с золотыми узорами, а светильники в виде свечей добавляли шика.
Я не видела куда вела меня Николь, слишком занятая рассматриванием интерьера. Она резко затормозила, и я наконец перестала вертеться из стороны сторону. Мой взгляд сосредоточился на двух мужчинах, с которыми поздоровалась Николь. Первый мужчина лет сорока уже с залысинами, но довольно милый. Второй выглядел на тридцать, презентабельный и сдержанный.
— Николь, ты прекрасна! — сказал первый, вставая с места. — Рад тебя видеть снова.
— Спасибо. Я тоже очень рада. — Николь засияла. Пока мы ехали в машине она много шутила, громко смеялась и была раскрепощённой. Сейчас же она часто хлопала ресницами и хихикала, будто в неё вселилась кокетка. Она указала на меня: — Это моя подруга Кейт. Кейт, знакомься, Гарольд и Дон.
Я кивнула в знак приветствия, совершенно не понимая, что происходит. По инерции, после Николь, я села за столик к мужчинам. Тот, что Дон (который тридцатилетний) не сводил с меня глаз, пока я садилась. Я чувствовала себя неуютно от его внимания.
Николь, тем временем, уже во всю болтала с Гарольдом. Они беспрерывно смеялись. Гарольд бросался комплиментами, на что Николь смущалась и отмахивалась. Дон и я сидели молча и наблюдали веселье наших спутников.
Не знаю сколько прошло времени с момента нашего прихода. Я ощущала себя загнанной в угол в столь огромном помещении. Было слишком неудобно постоянно молчать.
— Кейт, не хочешь отойти?
Николь поднялась со своего места. Я тут же встала вслед за ней, обрадованная перспективе сбросить оковы неловкости. Мы зашли в уборную, и как только закрылась дверь, Николь повернулась ко мне.
— Почему ты молчишь? Я же говорила о разговорчивости. Кейт, пожалуйста, не подводи меня. Эти мужчины платят за экскурсию и хорошую компанию. А если ты продолжишь молчать, то Дон от скуки уснёт. — Николь упёрла руки в талию, точно учитель. — Говори о книгах, кино, музыке. Да о чём угодно! Им должно быть весело — вот наша главная задача. Расслабься, представь, что мы на двойном свидании.
Я не нашлась чем ответить. Я не была уверена с чем столкнусь, когда соглашалась на поездку. Да и будучи на месте так и не поняла что к чему. Я думала, когда она говорила о экскурсии, надо будет водить пятиклашек по городу или нечто похожее, а тут…
Что же… Если целый день я должна была провести с этими мужчинами, то было бы резонно хотя бы говорить с ними.
— Я попробую, — сказала я.
Мы вернулись в зал. Гарольд встретил нас широкой улыбкой, а Дон сжал губы. Кажется, он тоже чувствовал себя не на своём месте. Очевидно у нас было нечто общее, с этого и можно начать.
Официант принёс тарелки с закусками и разлил красное вино по бокалам. Гарольд произнёс коротенькое «За знакомство» и мы дружно выпили. Вино я пила впервые, поэтому горло немного обожгло, хотя на вкус оно было сладким. Толи алкоголь подействовал, толи смелость вышла из тени, я заговорила с Доном.
— Дон, чем вы увлекаетесь?
— Искусством, — ответил он, а потом пояснил: — художеством.
— Рисуете? — Какая банальщина! Но я решила лучше задавать вопросы, чем молчать.
— Нет. Я перекупщик. Художники — моя страсть и заработок.
Я слышала о такой профессии. Перекупщик ходит по разным галереям, ищет интересные картины и перепродаёт их своим клиентам.
— Меня всегда восхищали художники. Они способны передать мир под своим углом. Но больше всего мне нравится, что в одной картине несколько человек видят разные смыслы. — Я сама поразилась от своих слов. Однако Дон заинтересовался, и я продолжила: — Мне не довелось видеть много реальных картин. В основном я изучала искусство по книгам. Первая картина, от которой у меня захватило дух, — «Луковичные поля» Ван Гога. Конечно, фотография не может передать всей красоты, но я влюбилась в её простор.