Какое-то время я просто лежала не шевелясь и терпеливо ждала, пока окружающий мир перестанет вращаться. Ремар, услышав мой крик, немедленно бросился на выручку. Спускался он гораздо медленнее меня, осторожно выверяя опору. Опустился рядом на колени и осторожно положил мне ладонь на лоб.
– Сильно ушиблась?
Я с трудом сфокусировал на маге взгляд.
– Да нет, устала немножко, – ехидно ответила я, – просто отдохнуть прилегла.
– По крайней мере, ничего не сломала, – серьезно ответил он, убирая руку и напоследок ласково проведя пальцами по моей щеке, – а если есть силы шутить, значит, сможешь и встать.
Опираясь на руку Ремара, я все-таки сумела принять вертикальное положение, хотя земля упорно пыталась уйти из-под ног. Оказалось, что упала я в неглубокий овраг, густо поросший колючим кустарником и елями. Пока я отряхивала иголки и комья земли, налипшие на одежду, маг издал победный возглас и снял с ветвей шиповника клочок серой шерсти.
– Наш гость оставил метку, – он принюхался, – и теперь я могу с уверенностью сказать, что это был оборотень.
– Случайно не твой родственник? – не удержавшись, съязвила я.
Ремар хмыкнул, но промолчал.
– Как думаешь, он истинный или перевертыш? – через некоторое время поинтересовалась я. Разница довольно существенная.
– Пока не могу сказать точно, запах почти выветрился, – Ремар вытер руки о штаны и поправил ремень, – вот познакомимся с ним поближе – тогда и узнаем.
Удостоверившись, что наш оборотень побывал здесь, дальше мы двинулись по дну оврага, внимательно осматривая каждую ветку, каждый камень. Напоследок я оглянулась на склон, по которому так стремительно спустилась вниз, и еще раз поразилась, как я умудрилась не встретить на своем пути какой-нибудь камень или пень.
*
Она появилась из ниоткуда. Всего мгновение назад мы с Ремаром, развалившись на полянке, наслаждались кратковременным отдыхом. Мы ужасно устали от длительных и бесцельных поисков, я натерла левую ногу, а маг сильно расцарапал щеку какой-то веткой. К тому же, солнце палило вовсю, так что уже к полудню с меня градом лил пот, а голова по ощущениям напоминала гулкий чугунок. Продравшись через кусты дикой малины, мы неожиданно оказались на затененной поляне, густо поросшей мелкой заячьей капусткой. Ремар заявил, что это – настоящий дар Богов для усталых следопытов, то есть, нас, и немедленно растянулся на травянистом ковре. Я, не говоря ни слова, буквально рухнула рядом, закрыв глаза. Некоторое время мы молчали, тяжело дыша. Где-то высоко в кронах деревьев распевали птицы, над моим ухом деловито гудел шмель, нежный ветерок осторожно перебирал листья и траву, лаская разгоряченное лицо. Я закатала рукава рубашки и расслабила шнуровку на воротнике в тайне надеясь позагорать и уже начала задремывать, убаюканная звуками леса, как вдруг резко хрустнула ветка.
Я приподнялась на локте, испугавшись, что, нахально вломившись в малинник, мы потревожили какого-нибудь медведя, но это оказалась лишь молодая девушка. С мгновение мы настороженно разглядывали друг друга.
– Кто вы? – первой задала вопрос незнакомка.
– Маги из Ведина, – лениво приоткрыв один глаз, буркнул Ремар, – оборотня вашего ловим. Отдаленно похож на волка, но выше человека, шерсть длиннее, глаза с круглым зрачком, когти с человеческую кисть. Не встречали такого?
Девушка окинула нас подозрительным взглядом, сразу заметив и мой меч, и множество амулетов мага.
– Не верите? Знак показать? – и волкодлак, по-прежнему лежа на спине, начала закатывать рукав.
Всем выпускникам Академии на внутренней части запястья делали специальную магическую татуировку – щит, который крест накрест пересекали посох и молния. Цвет татуировки указывал на специальность мага: у Стражей она была черной, у Охотников – красной, у Лекарей – синей, у Провидцев – серебристо-белой. Никто не смел сомневаться в подлинности такой татуировки – подделать ее было невозможно. Конечно, при встрече с магами демонстрировать «клеймо» Ремар не стал бы – все волшебники безошибочно могли «почуять» коллегу. Однако среди крестьян, с которыми в нашей работе чаще всего и приходилось общаться, эта татуировка практически всегда вызывала уважение.
Вот только сейчас лицо незнакомки почему-то помрачнело еще сильнее.
– Неужели из самого Ведина? – недоверчиво переспросила она. – Мы, конечно, посылали вестника, но не думали, что на наше обращение вообще кто-нибудь обратит внимание, не то что рассмотрит так скоро.
Я хмыкнула, признавая правоту незнакомки. Обращения служба Охотников действительно рассматривает долго, часто по несколько месяцев. Бывали случаи, когда Охотник все-таки приезжает в деревню, подвергнувшуюся нападению нежити, но встречает лишь упреки в свой адрес и обвинения в том, что, пока он собирался в путь, нежить успела безнаказанно развлечься в деревне и отправиться восвояси. Ищи ее теперь по всей стране! В самых худших случаях Охотника встречают лишь опустевшие дома. Тогда за нежитью снаряжается грандиозная охота, возглавляемая одним из старших Магистров. Виновного находят и уничтожают, но людей уже не вернуть. Все это я знала не понаслышке – как-никак, практику на восьмом курсе проходила именно в службе Охотников. Мой куратор намекал, что они будут счастливы принять меня в свои ряды после выпуска, но закончить Академию мне так и не довелось. Конечно, я продолжала учиться самостоятельно, многому научилась у Ремара, но официально диплом не получила, так что и называться Охотником не имела права.
– Просто совпадение, – беззаботно потянулся маг, – мы были неподалеку, буквально в соседней деревне, и нам неожиданно пришел вызов.
Он перевернулся на живот, и гроздь амулетов, до того мирно лежащая поверх рубашки, скользнула внутрь ворота. Мужчина дернулся, как от резкого укола, и схватился за один из своих амулетов. Все его спокойствие и расслабленность как ветром сдуло. С изумлением и ужасом Ремар смотрела на незнакомку.
– И как ваши успехи? – с показным спокойствием спросила девушка. – Нашли что-нибудь?
– Кажется, теперь да, – напряженно ответил маг. – На нее реагирует волчелычный амулет, – пояснил он уже для меня.
Я положила руку на рукоять меча, готовая выхватить его сразу, если оборотень нападет. Но незнакомка подняла руки, повернув их ладонями к нам, демонстрируя мирные намерения.
– Я не хочу вам зла, – медленно и отчетливо проговорила она. – Если бы я хотела убить вас, то уже сделала бы это без помех. Вы и не подозревали о моем присутствии, а ты, – она показала на волкодлака, заставив того смутиться, – вообще спал. Я просто хочу поговорить. Я живу здесь неподалеку, может быть, хотите отдохнуть?
Я бросила вопросительный взгляд на Ремара. Не часто оборотни сами находят вышедших на их след магов, а тем более приглашают в гости. Не ловушка ли это? Но зачем тогда такие сложности? Оборотень сумела подобраться к нам так тихо, что мы не услышали ни звука. Что мешало ей прикончить нас, пока мы спали, разморенные дневным зноем?
– Обещаю не кусаться, – криво улыбнулась незнакомка.
В глазах мага я видела то же замешательство и те же вопросы, что задавала себе я.
– Что скажешь? – по вопросу я поняла, что Ремар не против послушать, о чем так настойчиво хочет поговорить оборотень. Взвесив все «за» и «против», я уступила здоровому женскому любопытству.
– Мы пойдем с тобой, – я посмотрела прямо в глаза оборотню. – Но мы тебе не доверяем, и поэтому оружие будем держать наготове.
– Как угодно, – оборотня мое предупреждение совершенно не смутило, что насторожило меня еще больше. Что может означать подобное поведение нежити? Она настолько уверена в себе, что не боится сразиться с двумя магами? Или она действительно не планирует на нас нападать?
Внимательно наблюдая за каждым движением оборотня, мы пружинисто поднялись с земли. Отряхнув одежду от налипших травинок, я, не убирая оружия в ножны, и маг, зажав в кулаке один из амулетов, отправились следом за нежитью.