– Тогда стоит поторопиться, – предложил Ремар, – пока не рассеялся туман. Если повезет, мы сумеем незамеченными спуститься с горы.
– Это палка о двух концах, – возразил Ир. – Туман прячет нас от возможных наблюдателей, но в таком молоке наткнуться на патруль Стражей, да и просто разбойников – проще простого. Давайте осторожно отходить на запад, к лесу, там никто не сможет подобраться к нам незаметно.
Мы быстро собрали вещи и выбрались наружу. Пещера, в которой мы провели ночь, находилась на довольно крутом склоне горы, заросшем густым кустарником и засыпанным мелкими камушками. Не было и намека на тропу, и приходилось тщательно выверять, куда ставишь ногу, чтобы земля неожиданно не ушла из-под ног. Спуск занял почти целую стражу, и, когда мы достигли первых деревьев, я чувствовала себя совершенно измотанной.
– Устала? – озабоченно спросил Ремар.
Я только молча кивнула в ответ.
– Потерпи еще немного, – попросил Ирдарр, – Туман начал рассеиваться, здесь слишком редкие деревья, и скоро нас будет видно издалека. Нужно отойти подальше в чащу, там и сделаем привал.
– Хорошо, идем, – я храбро поднялась с земли, уговаривая себя не обращать внимания на то, как сильно гудят от усталости ноги.
Мы осторожно, пригибая голову, двинулись в путь короткими перебежками. Постепенно земля стала ровнее, и мы пошли быстрее, однако деревья вокруг по-прежнему стояли слишком свободно. С одной стороны, вокруг просматривалось большее пространство, с другой – враги с такой же легкостью могли увидеть нас издалека. Мы посовещались и решили свернуть немного в сторону, идти по более густым зарослям, но медленнее, чтобы производить как можно меньше шума.
Ремар предложил остановиться передохнуть в небольшой заросшей диким орешником лощине. Там мы развели крохотный костерок и запекли в углях мясо. Солнце достигло зенита, и туман рассеялся окончательно. Вокруг царила тишина, влажная трава под ногами гасила звук шагов. Где-то пели птицы, и так легко было забыть обо всем.
– Как мы попадем на юг? – спросила я. – Незаметно пробраться через всю страну нам даже при всей осторожности и ловкости будет нелегко.
– Это еще слабо сказано, – криво улыбнулся Ир, развязывая горловину мешка, – но я сразу говорил, что это далеко не увеселительная прогулка, а Сирил – один из самых сильных боевых магов, что я знаю.
– Так как мы будем добираться до Гавани?
– Как я уже говорил, пойдем напрямик, – эльф старательно отмерил несколько щепоток трав и бросил их в кипящую воду.
– Да, но говорят, Джаррат напал на Этальдер, и страна охвачен войной, – Ремар помешал ложкой напиток, попробовал и скривился. – Нужно добавить ложку меда. Говорят, по всей стране рыщут банды наемников, так не лучше ли пройти на запад вдоль подножия гор до самой границы с Сиверией, а затем спуститься до Южного моря?
– Я не уверен, но слышал не очень обнадеживающие слухи по поводу того, что у подножья Сизых гор водится нежить, – возразил магу Ирдарр. – Нам лучше идти ближе к равнине, чем к горам, это будет безопаснее.
– А сколько это займет по времени? – я добавила мед в котелок и в свою очередь сняла пробу с напитка. Терпкая сладкая жидкость пробежала по пищеводу, мгновенно согревая тело и прогоняя усталость.
– Недолго, дня три.
– Как же нам в таком случае пополнять припасы в дороге? – спросила я.
– Придется экономить, – пожал плечами Ирдарр.
– В конце концов, лес прокормит, – утешил нас Ремар. – Слава Десятерым, сейчас не зима, можно собирать коренья и ягоды, я могу охотиться, в той или иной ипостаси. Ничего, идти всего трое суток, как-нибудь протянем. Единственной проблемой для нас по-прежнему остается вода, у меня уже где-то на донышке булькает.
– Кажется, я заметила родник недалеко отсюда, – вспомнила я. – Могу сходить.
– Я с тобой, – тут же с готовностью вызвался Ир.
– Не нужно, – я беспечно махнула рукой. – Я сама справлюсь. Не такое это и сложное дело – набрать воды.
Я подхватила с земли фляги и направилась назад в ту сторону, откуда мы совсем недавно пришли. Где-то в ста ярдах от места нашего привала я свернула в чащу и увидела крошечную полянку и родник, бьющий у корней дерева. Именно его журчание я слышала, когда мы проходили мимо. Вода была такая ледяная, что от нее ломило зубы. Я тщательно умылась и наклонилась над зеркальной поверхностью родника. Если бы меня сейчас встретил кто-нибудь из старых знакомых, они ни за что бы меня не узнали. Волосы посветлели, отросли ниже лопаток и начали виться крупными кольцами. Скулы уже не были так резко обозначены, губы стали ровными – я в детстве сильно закусила одну из них и она долгое время была чуть кривовата. Нет, красавицей меня по-прежнему нельзя было назвать, вот подрасти бы чуть повыше, красиво причесать волосы, надеть подходящее платье – вот тогда, возможно, и…
– Эге, да в этом лесу не только белки водятся!
Я резко развернулась и обмерла. Ветви кустов раздались, и на полянку шагнул дюжий детина, заросший бородой по самые брови. Что самое ужасное, я не могла сказать, как долго он здесь находился, возможно, пришел только что, а может быть, я беспечно прошла мимо, не заметив укрытого ветвями незнакомца.
– Ну что, дорогуша, – довольно осклабился разбойник, вытягивая из ножен меч, – добровольно расстанешься с денежками или требуется помощь?
Не раздумывая, я швырнула в незнакомца открытую флягу с водой. Тот попытался отбить ее мечом, но только рассек воздух. Я тем временем выставила вперед ладони, скороговоркой произнесла формулу и начертила в воздухе руну. Противник, не ожидавший от меня такой прыти, не успел даже заслониться руками. Его отшвырнуло прочь заклинанием, как сухую ветку – ураганом. Он приземлился на землю точно куль с мукой и замер, не подавая признаков жизни. Я помедлила, убедилась, что разбойник не шевелится, и осторожно подкралась ближе. С сомнением посмотрела на отлетевший в сторону меч. Оставлять свидетеля нашего лесного похода было опасно, с этим никто не спорил. Остальные разбойники, обнаружив пропажу своего приятеля, наверняка бросятся за нами в погоню. Я еще раз бросила взгляд на оружие, нерешительно потопталась на месте, тяжело вздохнула и вытащила из кармана веревку. Оттащить в сторону бесчувственное тело у меня не хватило сил, пришлось просто забросать ветками. Я отошла в сторону и критически изучила результаты своих трудов. Да уж, мастером маскировки мне явно не стать. Наваленные в беспорядке ветви просто вопияли, что под ними что-то спрятано. Я попыталась как-то исправить это, но стало только хуже. Я плюнула, подхватила фляги, отыскала даже ту, что отбросил разбойник, и припустила прочь. Надо уносить отсюда ноги, это наилучший выход. Фора у нас небольшая: только до тех пор, пока разбойник не очнется, и на его крики не сбегутся остальные, чтобы спасти незадачливого грабителя.
Выслушав мой сбивчивый рассказ, мужчины помрачнели.
– Теперь мы влипли, – сказал Ирдарр, бросая вещи, как попало, в мешок. – Если это один из местных разбойников, уже к вечеру его хватятся, а если, не приведи Медда, разведчик армии джарратцев, тогда, наверное, и того раньше. Давайте, уходим отсюда, быстрее.
Мы мгновенно скидали припасы и вещи в мешки, не разбираясь, что на чем теперь лежит и практически побежали прочь от этой проклятой поляны.
– Это я виноват, – корил себя на бегу Ир, – нельзя было отпускать тебя одну.
– Это точно, – поддакнул Ремар. – И нечего было жалеть этого разбойника, могу поспорить на сотню золотых, он не пожалел ни одного из ограбленных и убитых им путников. Вернуться бы и добить этого мерзавца, но нам и мгновения нельзя сейчас терять. Как только разбойники поймут, что кто-то пробирается через их леса, они тут же соберут всю свою банду и пустятся за нами в погоню.
Довольно долго мы шли, сохраняя молчание. Где-то после восьмой стражи позади нас раздался крик совы. Потом еще раз, но чуть в стороне и уже гораздо ближе. Мы остановились и прислушались.