- Па, ты же помнишь, что Глен умер? - Уточнил Миро.
- Конечно помню, - отмахнулся Номи. - Просто этот некто являлся ко мне в образе Глена. И хочу сказать - притворялся очень хорошо. Если бы я сам лично не сжёг его тело, я мог бы и поверить. Но мне же нужно его как-то называть, а он так и не представился. И если я зову его этим именем, он откликается. Так что я зову его Гленом.
- Ладно...
- Именно он сказал мне куда вас ведут воины и просил первым не нападать.
- А он как узнал?
Охотник помялся вспоминая свой полёт в небесах.
- Я сам не понимаю кто такой этот Глен-не-Глен, но он точно не человек. Иногда от его присутствия остаётся запах, как от нежитя. И он живёт высоко. Очень высоко. По крайней мере часть его.
- В смысле высоко?
- Помнишь сказку про звёзды, сквозь которые Небесные Основатели наблюдают за оставленным внизу миром?
Миро кивнул в темноте.
- Тота и Гема - это что-то вроде его глаз. Когда они в небе - он всё видит.
- Звучит слишком невероятно, - после долгого молчания пробормотал Миро.
- Не то слово. Кто бы мне рассказал - не поверил бы, - вздохнул Номи. - По словам Глена-не-Глена именно из-за него появились нежити, странники, я так понимаю, он имел ввиду магов вроде Рейтара, умеющих превращаться, и Главный Смотритель сошёл с ума.
- Он сумел отличиться.
- Интересно, зачем его вообще создали Небесные Основатели. Уж точно не для того, чтобы нам нескучно жилось. Расскажи лучше что с тобой было?
- Всё время в разъездах. Кормили плохо. Не потренироваться нормально. Учили в основном всякой ерунде, будто решили сделать из нас святословов, а не охотников... В общем, чушь всякая, не бери в голову, па.
Они опять помолчали.
- Ты что-то скрываешь, - высказал свои подозрения Номи. Раньше разговаривать ему не казалось настолько мучительным.
- Я встречаюсь с Рудь, - признался Миро. - Как думаешь, сэр Лерет будет сильно ругаться?
- Думаю, что он вообще вряд ли будет ругаться. Ты же знаешь правила.
- Но я уже почти в возрасте, когда выбирают напарника. А Рудь уже... Если мы заключим уговор, нам ведь нельзя будет?..
- Не говори глупостей. То, что большинство напарников не являются семейными парами, ещё не говорит, что нельзя так делать. История помнит массу обратных примеров.
Даже не глядя на Миро охотник чувствовал его облегчение.
Конечно, самоуправство учеников не порадует сэра Лерета, но случившееся было скорее вопросом субординации, а не непоправимой катастрофой.
- Нужно быстрее возвращаться домой, - озвучил свои мысли Номи. - Вам нужно закончить обучение - хотя бы формально. Получить все регалии и инструменты.
И узнать у сэра Лерета что делать дальше. Да, охотник умел ждать. Но неопределённость он ненавидел всей душой. Будь проклят Главный Смотритель и его безумие. Будто бы жизнь раньше была простой.
- Ты не говорил, что всё же выбрал нового напарника, - вдруг произнёс Миро.
- В смысле?
- Твой уговор, он больше не пуст. Когда я уезжал, помню, ты говорил, что никогда больше...
Охотник прислушался к себе. Он чувствовал, как в груди волной поднимается тревога. Что значит 'не пуст'?! Линии многочисленных заклинаний струились под кожей. Сейчас, когда он смотрел внутрь себя, они виделись ему сотканными из света цепями и узорами. Некоторые были ярче, некоторые тускнее, какие-то светились ровно, другие пульсировали. Огромная их часть - боевая магия - сейчас были тёмными и едва тлели, как угли, припорошенные золой. Они составляли его суть и костяк, заполняли тело чуть ли не на три четверти и даже опутывали пространство вокруг, обманчиво похожие на нежные пряди водорослей, послушных любому движению воды. И среди всего этого была маленькая багровая капелька - заклятие уговора. Магия, позволяющая напарникам выступать единой боевой единицей, синхронизирующая их действия, помыслы и ожидания, увеличивающая их силу и точность. Как у любой магии, у этого заклятия был свой минус: восприятие нельзя было отделить от чувств, от эмоций второго человека. И если было больно одному - больно было и другому. Гибель напарника - этого охотник не хотел больше испытывать никогда. И заключить уговор нельзя просто так, соприкоснувшись рукавами. Невозможно не заметить такого. Нельзя 'случайно' заключить уговор. Или можно?.. Охотник вертел заклинание перед мысленным взором. Маленькое, похожее на вязаный мячик багровых нитей. Одна из них вела наружу и исчезала подвешенная в пустоте. Может, Глен-не-Глен так на него действует? Может, вся сущность охотника настолько поверила в то, что Глен жив, что и все старые связи вновь ожили? Нет, узор заклятия определённо был иным, не таким, каким он был при Глене.
'Я всегда думала, что у охотников бывают напарники только другие охотники,' - всплыли в памяти словам мадам Селены. Она тоже видела? Или чувствовала? Неудивительно - она ведь из Ордена Лекарей. Уж кто может понимать что-то о человеческом волшебстве, как не она?
Но как?! Это как минимум значит, что странник тоже должен владеть таким заклятием. Но как заклинание из арсенала охотников могло оказаться у странника?
И когда?! Номи попытался вспомнить хоть что-то, что могло бы подходить под заключение уговора, но ничего не приходило в голову. Память его была пуста.
Что ж, по крайней мере тогда на складах они уже были связаны - иначе не объяснить того как быстро Воробей бросился на пол, когда Номи начал колдовать: уговор позволял ему в битве осознавать помыслы напарника как свои собственные. Или не только в битве? Холодок разлился по телу, а в пальцах начало покалывать. Как к случившемуся относиться? Странник всё это время использовал его? Какие его истинные цели? И какая выгода? Ведь заклятие уговора работает в обе стороны: охотник может всё то же, что и странник.
- Папа? - Так и не дождавшись ответа позвал Миро, но Номи не откликнулся: он потянулся вовне, за тонкой багровой нитью, невидимой никому кроме него, связывающей маленький вязаный мячик заклятия внутри него с таким же внутри странника.
Не такими должны быть ощущения, он точно помнил.
Вместо переливающегося и подвижного чужого сознания он словно провалился в болото. Горячее, душное и тёмное. Тягучее и жадное, высасывающее силы без остатка. Охотнику пришлось приложить огромное усилие, чтобы вырваться.
- Что случилось? - Сын уже был на ногах и Номи понимал почему: его всего прошиб пот, а сердце стучало, как бешеное.
- Пока что не знаю, - Номи опять закрыл глаза, но на этот раз воспользовался заклятием связи: уж как оно работает для связи с Воробьём он знал хорошо. Никто не откликнулся. Словно с той стороны только пустота, но никого живого. Даже если бы странник спал, отзыв был бы иным. - Проклятье.
Охотник натянул сапоги и схватив меч выскочил из комнаты. Ученик не отставал. Возле дома старосты они оказались меньше, чем за минуту. Окна были плотно занавешены, но сквозь щели охотник мог разглядеть тусклый свет.
Охотник громко постучал. Подёргал ручку двери - закрыто. Он слышал как в доме на мгновение всё замерло, а потом поднялись тревожные шёпоты и суета. Постучал ещё раз, громче. Миро, замерший рядом, переливчато засвистел: сигнал был тихим, но для охотников на хуторе достаточным. Сбегаться к источнику они не станут, но приготовятся к возможному сражению точно. Когда охотник начал стучать третий раз, кто-то в доме наконец добрался до двери и откинул засов. На пороге стоял староста и старательно делал вид, что его только разбудили.
- Господин охотник? Чем обязаны в такой...
Но охотник не слушая оттолкнул мужчину с дороги и вошёл в сени, а потом в дом. Напряжённо внюхиваясь и вслушиваясь, пытаясь понять что в мирном окружении несёт угрозу.
- Где лекарь?
- Он просил передать, что не сможет...
- Где лекарь?
Охотник видел, как от тона его голоса бледнеет староста.