- Сейчас бы коньки сюда, и я мог бы вровень с тобой бежать. – сказал Крис. – Не знаешь, что такое коньки? Это ботинки такие с острыми лезвиями вместо подошвы, по льду на них можно легко скользить.
Соблевыдра Зимка, всё так же обернувшаяся вокруг шеи Криса, с интересом разглядывала ледяное зеркало, блестящее в последних лучах солнца, выглядывающего из-за туч, из которых по-прежнему, пусть уже не так сильно, лил дождь. Лёд был абсолютно гладким, без неровностей, как настоящее зеркало, а из него торчали кусты, деревья и камни.
- Можно назвать такой дождь, идущий посреди зимы, ледяным дождём. А сам лёд странным получился. Снегоход сквозь него провалился, а охотники – нет. – заметил Крис.
И тут я услышала голоса, от которых у меня уши сразу прижались к голове, белая шерсть встала дыбом, а хвост начал нервно подметать лёд.
- Неужели охотники вернулись? – удивился Крис.
- Хуже. Старообрядцы. – вздохнула я, прибавляя скорости.
- Они-то как здесь оказались?
- Видно, шли всё это время за охотниками, наблюдая со стороны, как они проходят сквозь ловушки и преграды, и сами под шумок проскальзывали. – ответила я.
- О, смотри, какой у меня снимок классный получился! Можно назвать его – рыкающий зверь со своей добычей. – прокомментировал кто-то из старообрядцев.
Тихо рыкнула, оправдывая своё второе название. Этого ещё не хватало! Когда это старообрядцы фотографами стать успели? Ведь хватит потом ума этот снимок в газеты отослать. Надеюсь, он мутный получился, и его примут за фальшивку.
- Ты так и будешь от них бегать? До портала ещё далеко, ты столько не пробежишь. К тому же, скоро уменьшишься, и они опять начнут наглеть.
- А что ты предлагаешь? Они меня совсем не боятся, от шипения и рыка не сбегают, всерьёз меня не воспринимают. – заметила я.
- Так удиви их. Сделай вид, что меня ешь. Тогда у них инстинкт самосохранения включится, и они убегут. – предложил Крис.
Тихо фыркнула, но уже понимала, что придётся так сделать. Лапы гудели от продолжительного бега, шея затекла, а пальцы на лапах кололи – сложно всё-таки бежать, цепляясь за лёд когтями.
Остановилась, положила Криса между передними лапами и улеглась так, чтобы и его не раздавить, и старообрядцам ничего видно не было.
- А по-настоящему руку откусишь?
- Сейчас отправлю к старообрядцам, вдруг примут в свои ряды сторонника таких идей. – тихо прошипела я, прищуриваясь.
- Да я шучу. Просто у тебя такой вид беззлобный, с таким охотников не поедают. Теперь больше похоже стало.
Я сердито щёлкнула зубами рядом с ним. Но, похоже, Крис уже полностью поверил в мою безобидность и даже не зажмурился.
- На, яблочком похрусти, иначе старообрядцы не поверят и ближе подойдут. – сказал он, протягивая яблоко из запаса еды.
Хрустела долго, старательно изображая, что это не яблоко вовсе, а кость. Мне скормили ещё несколько яблок.
- Всё ещё не уходят? О, у меня тут ещё помидоры в банке есть. На, возьми, разжуй, а потом обернись к старообрядцам и зашипи. Всему тебя учить надо. – прокомментировал Крис со вздохом.
- Ты ж у нас специалист по кровожадности зверей-оборотней. Мне-то откуда это всё знать? В школе оборотней такому не учили. – легко оправдалась я набрала в рот помидоров.
Кисло-сладкие, с липнущими к зубам шкурками, красного цвета и с красной мякотью, очень впечатлившей старообрядцев. Те сразу умчались, быстро так умчались, похоже, у них на ногах коньки были. И бросили на бегу:
- Приятного аппетита! Мешать не будем.
- Испугались, вдруг не наешься, и ими прикусишь. – фыркнул Крис.
- Главное, чтобы не поняли, что их провели. Потом очень разозлятся. Мне показалось, что один из них опять фотографировал.
- Они далеко стояли, на кадрах ничего разглядеть не смогут. Может, уже на совсем ушли, и мы сможем спокойно до портала добраться.
- Надеюсь. – вздохнула я, поднимаясь на лапы и отходя на несколько шагов в сторону, чтобы нормально улечься и вытянуть все лапы, затёкшие от напряжения.
- А ты уменьшаешься. – заметил Крис.
Уменьшаюсь до обычных размеров. Вызванный мною дождь только что перестал моросить, а лёд исчез, словно и не было его вовсе. Из тех мест, где был магический лёд, вылетели из-под снега несколько птиц, ругающихся на своём языке, и повысовывались из нор несколько мышек. Значит, мой лёд был воздухопроницаемым, и никто под-ним не задохнулся.