В помещении было пусто и темно.
Это было прекрасно.
- Объясни мне, почему мы собрались здесь из-за одного незначительного человека? - мягко спросил Михей со своего места у окна.
Я почти не знал, куда он пошел. Этот ублюдок ходил как кошка.
Я уселся на маленькое кресло и устроился поудобнее.
- Он трогал то, что принадлежит мне, - ответила я.
- Девушка из твоей комнаты? - я покосился. - Ты мне ее когда-нибудь представишь? - я зарычал.
Я мог только представить, как отреагирует Райли на встречу с Михеем. Или, черт возьми, как он отреагирует, увидев ее и узнав, как далеко я зашел.
- Хорошо. Я позволю тебе пока сохранить твой маленький секрет.
Я ничего на это не ответил. Я был чертовски рад, что он не собирается влезать в это, как он обычно делал, хотя, признаться, какая-то часть меня просто не знала, что он скажет.
Он знал, что я следил за Райли с тех пор, как мы установили камеру наблюдения в ночном клубе и обнаружили ее скрюченной в переулке, наблюдающей за тем, как я убиваю ублюдка.
Вскоре мы установили ее личность, и когда мне вынесли приговор, я попросил Кая и Михея присматривать за ней. Я сказал им, чтобы они ничего не делали, потому что с ней буду разбираться я.
Я намеревался сделать это самым безопасным способом, так, чтобы не впутывать клуб, но это было до того, как я впервые увидел ее вживую.
Шум в коридоре привлек мое внимание, и я посмотрел в сторону двери: замок щелкнул, и ублюдок вошел в свою квартиру, совершенно не замечая двух хищников в своей гостиной.
Но ему нужно было беспокоиться только обо мне. Мне не нужна была помощь Михея, чтобы разобраться с этим куском дерьма. Он был здесь только для того, чтобы насладиться шоу.
И я, конечно, покажу лучший спектакль в своей жизни.
Ублюдок закрыл за собой дверь и прошел дальше в комнату, включив свет.
Выглядел он хуже некуда.
Не то, чтобы он долго будет беспокоится о своем красивом лице.
В конце концов, мертвый человек не может быть тщеславным.
Он вскрикнул, увидев нас, и его глаза расширились, когда встретились с моими.
Я усмехнулся и поднялся на ноги, когда он направился к двери. Я схватила его за рубашку, когда он потянулся к дверной ручке.
- Куда это ты собрался? Веселье еще даже не началось.
- П-пожалуйста, - я покачал головой.
Чертовски жалко.
- Она тебя умоляла? - тихо спросил я.
Он посмотрел на меня в замешательстве, но потом понял, о ком я говорю.
- Она тебя умоляла? - я снова спросил, прижимаясь к его ушибленной щеке.
Он вздрогнул, и я крепче прижался к нему.
- Не заставляй меня спрашивать снова, - сказал я.
Он заплакал и покачал головой.
- Н-нет. Она молчала. Пожалуйста, просто отпустите меня. Я больше не подойду к ней.
Я кивнул.
- Ты прав. Больше ты к ней не подойдешь.
Я повалил его, а он лежал на полу и плакал. Мне стало интересно, со сколькими девушками он так поступал в прошлом. Пьяный он был или нет, но, похоже, был уверен, что ему все сойдет с рук.
Михей молча подошел сзади.
- Какая уродливая рожа, - прокомментировал он, глядя на ублюдка. - Это ты с ним сделал?
- Конечно, - ответил я. - Разве ты не узнаешь мою работу? - жалкий кусок дерьма заплакал еще громче.
- Ты прав, - сказал Михей. - Теперь я это вижу.
Я рассмеялся, повернулся к нему и принялся за работу.
***
Мы перевезли его в центр кремации вместе с бумажником.
Тело было разрублено на части для удобства транспортировки, а в квартире ублюдка работала бригада уборщиков, чтобы все было чисто, как только начнется расследование.
И расследование будет, не сомневайтесь.
Мне нужно только убедиться, что полиция не знает, что я живу в том же здании.
Это был риск - делать это так близко к дому.
Я мог бы представить все как несчастный случай, но я был слишком ослеплен яростью, чтобы думать ясно, и теперь было уже слишком поздно.
Вместо этого мы собирались сделать так, чтобы все выглядело так, будто он сбежал, никому ничего не сказав.
Михей, используя свои связи, выяснял биографию этого ублюдка, а мы собирались сделать так, чтобы от нас не осталось и следа.
Я смотрел, как пламя пожирает труп, и чувствовал то оцепенение, которое испытывал с тех пор, как помог Михею убить нашего старика и сбежать, будучи подростком.
Конечно, он заслужил это, но в убийстве никогда не было ничего чистого, и эта тьма всегда овладевала тобой и не отпускала, как только ты пачкал свои руки.
Мы стояли там и смотрели, пока не осталось ничего, кроме пепла, и тогда я обратился к Михею.
- Спасибо, - сказал я.
В не характерном для него порыве чувств он обхватил рукой мое плечо и притянул меня к себе.
- Ты же знаешь, что я готов на все ради тебя, правда? - я улыбнулся, кивнув.
- Да, я знаю.
Он неоднократно доказывал это.
В мире, где наличие слабости может убить, я знал, что являлся слабостью Михея.
Он готов был отдать все, убить любого, уничтожить все, лишь бы я был в безопасности.
В тот же миг я осознал, что Райли стала такой для меня.
Но, в отличие от Райли, я мог позаботиться о себе сам.
Слабостью Михея был гребаный хищник, а моей... милая девочка, которая сейчас спит в моей кровати, не подозревая о чудовищах, которые бродят по этой забытой Богом земле.
Я не был уверен, что мне когда-нибудь придется пойти против своего брата, чтобы защитить ее.
Но если бы это было так, я знал, кого бы я выбрал, и эта мысль заставляла мое нутро сжиматься.
Глава 14
Райли
Я проснулась от неожиданности и несколько мгновений не могла вспомнить что было накануне, но ни того, ни где я, черт возьми, нахожусь, я не знала. Хотя я определенно знала, что проснулась не в своей постели.
Я оглядела комнату.
Она была похожа на мою, но мебель была не та.
Кровать не была похожа на мою.
Сердце заколотилось от страха, и я едва не выпрыгнул из собственной кожи, когда почувствовала, как меня обхватили руки.
Я повернулась и увидела рядом с собой спящего Ксавье.
Я моргнула, и память медленно начала проникать в меня, и я вспомнила все, вплоть до того, как заснула в его объятиях.
Это объясняло, почему я оказалась в его постели, но не объясняло, почему он спит рядом со мной.
Джентльмен занял бы диван, или, черт возьми, оставил бы меня на диване.
Не спал бы со мной в одной постели, не обнимал бы меня, как будто боялся, что я могу исчезнуть ночью.
Мои губы слегка искривились, и я не знала, было ли это развлечение или что-то другое, когда я подумала, что в Ксавье нет ничего джентльменского.