Какая-то девушка в крошечном топике, из которого виднелась нижняя часть сисек, забралась на барную стойку и начала танцевать, заставив большинство мужчин аплодировать.
Я коротко взглянул на нее, затем отвернулся и перевел взгляд на сидящего напротив меня Михея.
- Не интересно? - с любопытством спросил он.
Доминик отпил глоток пива и стал наблюдать за нами.
Я покачал головой.
Обычно я был готов к любой девушке, которая хотела бы залезть ко мне в постель. Я показывал ей хорошее, грубое времяпрепровождение, а это было именно то, чего они хотели.
Но если я отбивался от всех гребаных ублюдков, желающих заполучить кусочек Райли, то я отвергал и всех тех, кто хотел попасть в мою постель.
Мой гребаный член не был твердым ни для кого, кроме этой девушки, и мне уже чертовски надоело пользоваться рукой.
Райли не нужно было много времени, чтобы завести меня.
- Нет? Я никогда не знал, что тебя не интересует, когда твой член мокрый.
- Не в настроении, - ответил я, стараясь не показывать, как сильно он меня разозлил.
Михей должен быть генералом, мать его.
От одного только холодного взгляда его глаз любой пленник застыл бы в одном положении.
К счастью, у меня был более чем трехдесятилетний опыт общения с ним.
- Очень жаль, - сказал он, устремив взгляд на что-то над моей головой.
- Да? А почему?
Он не ответил мне. Да ему и не нужно было отвечать, когда длинные ногти нежно прошлись по коже на моей шее, а затем маленькое тело забралось ко мне на колени.
Я посмотрел в ярко-голубые глаза, принадлежащие Тэмми Хендерсон.
- Привет, незнакомец. Я давно тебя не видела. Соскучилась по тебе, прохрипела она, ее голос огрубел от многолетнего курения. Изо рта пахло алкоголем, а зрачки были расширены от принятого наркотика.
С длинными светлыми волосами и золотистой от загара кожей, она была бы красивой, если бы жизнь в этом мире не стала для нее непосильной ношей.
Ее отец появился на публике задолго до того, как Доминик занял трон президента клуба.
Он был вице-президентом при прежнем президенте и унаследовал эту роль вместе с Домиником. Только после того, как он покинул свой пост вскоре после моего прихода, я смог занять эту должность.
Это, я был уверен, вызвало некоторые разногласия в клубе, особенно с братом Тэмми, Трентом Хендерсоном, учитывая, что он был в клубе гораздо дольше, чем я.
Но никто - даже Трент - не доказал, что способен занять пост вице-президента. А я доказал.
Тэмми провела длинными ногтями по моей груди, глядя на меня с обольстительной улыбкой, которая, как я предполагал, должна была быть соблазнительной.
Я не обольщался.
Она знала счет и всегда стремилась хорошо провести время.
А до того, как я попал в тюрьму, она была моей подругой по траху и без него в течение трех лет.
- Привет, Тэмми.
Она улыбнулась, запустив пальцы в мои волосы, и мне пришлось сжать кулаки, чтобы не отстраниться от нее.
Мне приходила в голову мысль объявить ее своей старушкой, но не потому, что я был одержим ею или хотел, чтобы она стала моей, а потому, что она всегда была рядом. Она знала, каково таким, как я, находиться в клубе, принадлежащем "одному проценту". Она сделала бы жизнь сносной, но ничто в этой девушке не смогло бы надолго удержать мое внимание.
Она не забивала мне голову мыслями о ней, когда я был в отъезде.
Она не вызывала у меня желания выбить нахрен жизнь из любого мужчины, который посмел бы к ней прикоснуться, а с Тэмми таких мужчин было немало.
Количество трупов было, пожалуй, гораздо больше.
Не то, чтобы я осуждал ее, или мне было все равно.
Она могла трахаться с кем угодно, но тот факт, что я вообще думал об этом, должен был сказать мне все, что я хотел знать о своих чувствах к ней.
Она схватила мое пиво и сделала огромный глоток, после чего поставила его и прижалась ко мне своими сиськами. Я почувствовал, как запульсировали ее соски в крошечной маечке, когда она наклонилась ко мне и сказала: - Ты хочешь уйти отсюда? Мы можем вернуться ко мне домой и хорошо провести время в одиночестве.
Я открыл было рот, чтобы отказаться, но почувствовал на себе тяжелый взгляд Михея.
Он не одобрял мою, как он выразился, отвлеченность.
Он думал, что из-за Райли меня могут убить, но он должен понимать, что это не так-то просто.
Но у меня также не было настроения ссориться с братом сегодня.
И Тэмми была моим билетом на выход.
Я подмигнул Доминику, который хихикнул и хлопнул меня по спине, как раз, когда я встал с Тэмми на руках и вышел из бара.
Она обхватила меня руками и ногами, как медведь, а я смотрел на темную парковку, освещенную лишь небольшим фонарем неподалеку.
- Где ты припарковалась? - спросил я
Она указала на свой белый порш, стоящий неподалеку, и я подошел к нему, поставив ее обратно на ноги.
Она кокетливо улыбнулась мне, но я сохранил нейтральное выражение лица, взяв ее за подбородок и убедившись, что она смотрит на меня.
- Мы вернулись к тебе домой, жестко потрахались, и я ушел, пока ты отрубилась на своей кровати, поняла?
Смущение затуманило ее голубые глаза.
- Ч-что?
Я сделал свой взгляд жестким, а голос твердым.
- Это то, что ты скажешь всем, кто спросит, включая Миху, да?
- Но ты не пойдешь сегодня со мной домой? - тихо спросила она.
- Нет. Мне нужно кое-куда успеть, а ты - мое алиби на эту ночь, детка.
- Но...
Я покачала головой.
- Будь хорошей девочкой и садись в машину. Ты поедешь прямо домой и никого не увидишь до конца ночи. Ты достаточно трезвая, чтобы вести машину?
- Я выпила только одно пиво.
- Наркотики?
Она покачала головой.
Я позволил своим глазам блуждать по ней. Так, может быть, ее расширенные зрачки были вызваны не наркотиками, а похотью?
Я выхватил у нее из рук ключи, отпер дверь и затолкал ее на водительское сиденье.
Она смотрела на меня со смесью гнева, смущения и недоверия.
Но она будет для меня хорошей девочкой и сохранит этот маленький секрет.
Возможно, она даже сможет солгать Михе, если он не будет добиваться от нее правды.
Я выровнялся и закрыл ее дверь, постучав по крыше, чтобы она отъехала.
Я постоял немного, потом двинулся к своему мотоциклу, сел на него и уехал, не оглядываясь на бар.
Было уже далеко за полночь.
Прошло то время, когда Райли должна была лечь в постель.
И я чертовски скучал по ней.
Дорогу домой я почти не запомнил. На улицах было всего несколько машин, так что возвращение к дому не заняло много времени. Я припарковался на месте, отведенном для мотоциклв, и поднялся на лифте на свой этаж.