Честер медленно приподнял бровь, глядя на Августа.
– Герцог, а не повертеть ли мне тебя и твоё предложение на своём естестве?
– Проси, что хочешь, но соблазни ламию и заставь её рассказать где королева.
– А если Её Величество уже мертва?
– Если так, – хмыкнул герцог. – То всё гораздо проще. Трон займёт либо мой наследник, либо... тело Виктории будет жить, а разум подчинится мне.
Честер закатил глаза и запрыгнул верхом на коня.
– Почему я?
– Потому что ты силён, Честер. Ты единственный инкуб при дворе, — ответил Август, глядя в пустоту перед собой. — Потому что оборотни являют свою истинную суть, когда жаждут соития. И потому что ты воскрешаешь Астарот.
Честер вздохнул.
– Это так очевидно?
– Медальон Кроули, – пожал плечами Август. – Я знаю, что он у тебя. Чувствую его воздействие.
— Чего же ты его не украл?
Август улыбнулся со всем возможным обаянием.
– Тебе не кажется, что мамона – самый очевидный подозреваемый из всех, когда у тебя крадут дорогую безделушку? – он перевёл взгляд на лес, выдержав паузу. – Я избавлю тебя от долгов.
— Как щедро, – произнёс Честер, вскинув арбалет.
– У любой женщины в моём замке ты не встретишь отказа.
— Ты просто само обаяние.
Август закусил изнутри губу, глядя на добычу Честера, летящую среди ветвей.
— Тебе не досаждают инквизиторы, лорд Марволос? – произнёс Август. — Ещё мой отец так сорвался на них, что долги моей семье их орден будет выплачивать до следующего тысячелетия.
— Не стыдно зарабатывать на умственно-неполноценных?
– Стыдно — не попытаться этого сделать, – он улыбнулся одной из своих самых обаятельных улыбок. – Ты в курсе, что их теперь возглавляет Карнон?
Рука Честера дрогнула, и арбалетный болт со свистом пролетел мимо цели.
– Инквизиторы убивают вампиров... но сделали своим лидером валькирию?!
— Она не горит на Солнце, – хмыкнул Август. — К тому же, десять крыльев придают ей заметный вес в обществе полоумных фанатиков, – он вновь выдержал долгую паузу. – Так что, Честер? Тебя защитить от нападок бывшей возлюбленной?
Честер скрипнул зубами.
– Теперь, в силу новых обстоятельств, смерть от яда ламии кажется для меня благословением Бога.
Август улыбнулся, кивнул и поцеловал золотой крестик у себя на груди.
— Да помолимся, чтобы Его благословение никогда тебя не настигло.
Честер хмыкнул, окинув задумчивым взглядом окрестности. Его разум был всё ещё занят поиском добычи, и осмыслить поставленную перед ним задачу не представлялось возможным.
С другой стороны, оборотни – существа такие же скверные, как и демоны. Пускай, их силы и зависят от лунных циклов, пускай питаются они человечиной и ведут первобытный образ жизни, но именно они способны на искреннюю, настоящую страсть.
Быть может, похоть лжекоролевы, наконец, заставит Астарот очнуться от вечного сна?
Честер закрыл глаза. Его демонический голод пробуждался и совсем скоро грозился свести инкуба с ума.
– Проедемся до силков, герцог? — произнёс он, натягивая поводья. – С самого утра в них попалась довольно аппетитная добыча.
Август хмыкнул в ответ, поняв намёк Честера.
— Надеюсь, эта добыча особая, а не из простолюдинок.
— На других я и не охочусь, — улыбнулся Честер.
Он поправил широкополую шляпу и стукнул пятками по бокам коня, понукая животное идти вперёд. Псевдоофициальные встречи с другими демонами всегда заканчивались длительной, утомляющей оргией — как правило, с человеческими женщинами. Демоны с рождения отличались смущающей раскрепощённостью. В то время как люди пытались скрыть свои тела под одеждой, демоны предпочитали оголяться, тем самым показывая, что скрывать им нечего.
Вскоре их взглядам открылось заманчивое зрелище: на длинном чёрном плаще Честера, красиво связанная по рукам и ногам, лежала леди Маргаретт в частично изорванном платье. Её одежду Честер изорвал ещё утром. Дело в том, что после знакомства с инкубом, у Маргаретт появилась странная тяга к телесным наказаниям. Её возбуждение усиливалось всякий раз, когда она смотрела, как её лорд-муж поднимал руку на прислугу. К сожалению, лорд был слишком благороден, чтобы сделать больно своей жене.