– Идем, – сказал Калеб и уверенно пошагал вперед, в сторону гущи безлиственных деревьев и вековых елей.
Кажется, нам снова предстоит долгий, тягостный путь по холодному лесу, который начинался сразу за лугом и, казалось, тянулся до самых гор. Далия увязалась следом за Калебом, резво шагая по утоптанному снегу, а я еще немного полюбовалась мирной деревней, пытаясь вновь почувствовать на какое-то жалкое мгновение приятное тепло, пока напротив меня не встал демон, загородив собой весь вид.
Я подняла на него полный негодования взгляд, но удивительное спокойствие, мелькнувшее в его глубоких синих глазах, заставило меня забыть о возмущении.
– Не нужно так старательно пытаться умереть, не выполнив перед этим часть своей сделки, – сказал Кай. Голос его был спокоен и в то же время напряжен и являл собой какую-то особую силу, из-за которой у меня каждый раз кровь стыла в жилах, а тело покрывалось холодной испариной. – Ты скоро превратишься в йети*.
Я не успела ответить ему, что это не моя вина, – демон внезапно взял мои руки в свои, поднес их к своему лицу и, едва касаясь губами кожи, обдал горячим дыханием. Сердце замерло на миг, а затем заколотилось с такой силой, будто я в очередной раз падала с большой высоты. Кай снова буквально обжег меня своим дыханием, и я ощутила расползающийся по телу жар, только не знала – вызван он был магией демона или его ошеломляющими действиями и прикосновениями.
Не отпуская моих дрожащих теперь от его касаний ладоней, Кай вдруг посмотрел на меня и замер, поймав мой взгляд. Сейчас я чувствовала себя так, словно меня окунули в чан, наполненный огненной лавой. И, конечно, мне было приятно от того, что я больше не чувствовала зверского холода, но трепет, вызванный близостью демона, невероятно пугал меня.
– У тебя есть способность к огненной стихии, – вдруг глухо начал Кай и прокашлялся, кажется, удивившись своему изменившемуся голосу. – Ты в состоянии постоянно согревать себя.
– Я… не умею… – Мой голос дрогнул, и глухая злость на мою неспособность противостоять трепещущим чувствам вновь обрушилась на меня, но я не могла ничего с этим поделать – плотоядный взгляд сапфировых глаз прожигал меня насквозь.
Кай обреченно вздохнул, как будто осознавая всю мою никчемность.
– Постарайся направить пламя из своего источника не наружу, а внутрь себя, – продолжил он, посильнее сжав мои уже горячие ладони. – Просто дай ему пройти по всему твоему телу, но не позволяй вырваться.
Сосредоточиться на стихии, ощущая на себе мужской взгляд, оказалось не просто. Но, закрыв глаза, я медленно нащупала глубоко внутри себя наполненный магией источник и потянула из него огненные нити, которые вскоре расползлись по рукам, спине и ногам. Я чувствовала, что огонь прожигает меня изнутри, словно желая протиснуться наружу, и невольно скривилась, сжав пальцы, накрытые ладонями демона.
– Ливия, – позвал вдруг Кай, и я, распахнув глаза, встретилась с его выразительным взглядом, ощутив внезапно, как быстро забилось мое сердце от собственного имени, сорвавшегося с уст демона. – Давай только не обжигать друг друга.
Его слова были произнесены с такой серьезностью, что во мне разом потух весь мой огонь, оставив место лишь для чужого пламени. Эта фраза прозвучала необычайно шокирующе и, казалось, имела множество смыслов.
– Лив! – послышался вдалеке голос Далии, и Кай, резко отпустив мои руки, отступил на шаг. – Вы чего там застряли?
Не глядя на девушку, я прокричала в ответ:
– Иду! – Мой взгляд был устремлен на демона, и он тоже смотрел на меня, так, словно все еще находился под влиянием волнительного момента. – Спасибо, – шепнула я и, развернувшись, быстро пошагала к Далии.
Миновав луг, мы вошли в лес, освещаемый лучами зимнего солнца. Сугробы здесь были еще глубже, и порой мы тонули в них с Далией по пояс. Приходилось растапливать снег с помощью огня, и хоть после этого вода нещадно впитывалась в одежду, это было лучше, чем с большим трудом пробираться через снежные кучи. Такие глубокие сугробы говорили лишь об одном: в этом лесу не бывает гостей. Возможно, мы оказались первыми, кто решился войти в лесную чащу зимой.
Но, к счастью, ближе к вечеру, когда солнце начало медленно садиться за южной грядой гор и лучи его окрасили небо и верхушки елей в оранжево-розовый цвет, мы вышли из зоны глубокого снега и пошагали между соснами с припорошенными снегом ветвями, и теперь погружались в снег только наши ступни. Все это время, пока мы двигались по лесу, Далия без устали рассказывала о нашем прошлом, вспоминая только радостные и веселые моменты. И хоть я ничего не помнила, мне было интересно слушать ее и знакомиться с новой для меня Лией. Мужчины тоже слушали, и Калеб даже порой останавливал ее, чтобы уточнить какую-нибудь незначительную мелочь или посмеяться над забавным моментом.