— О, вот в чём дело… — протянула она, подбрасывая камень в руке, — Тогда мне, наверное, не следует обижаться. Ведь на извращенцев, нюхающих женщин нельзя обижаться, их надо наказывать!
В меня стремительно полетел камень, но я его с лёгкостью поймал. Девушка недовольно цокнула.
— Кстати, может уже наконец представимся? — и подавая нам пример, она начала первой, — Анабель, свободный маг, берущийся за любую работенку.
Последнее было сказано так томно и сопровождалась лёгким наклоном грудью вперёд, которую с двух сторон зажали руки девушки, что от лица моего напарника можно было прикуривать.
— Маги Хвоста Феи. Я Венсан Спайер, а это Макс Алорс.
— При-привет, — махнул рукой Макс в сторону Анабель и увёл взгляд в сторону, покарснев ещё сильнее.
— О, Хвост Феи… Говорят, что члены вашей гильдии довольно сильны, — с восхищением в голосе сказала Анабель, — Я бы хотела однажды вступить в вашу гильдию. Жаль, что у меня нет рекомендации…
После печального вздоха волшебницы, Макс подорвался с места, взял её за руки и быстро проговорил:
— Ступай к нам прямо сейчас, я готов дать тебе рекомендацию.
— О, спасибо, милый, — свои слова она сопроводила лёгких касанием губ щеки Макса.
— Как ты нас нашла? — хмуро поинтересовался я, поняв, что Макс на некоторое время потерян для этого мира.
— Это было довольно легко, — с лёгким оттенком превосходства в голосе, проговорила она. — Рубин на твоей шее фонит Волшебной Силой.
Я взглянул на рубин. Звучит как бред, потому что украшение отца в упор еле почувствовал даже Макаров. Сам я его Волшебный Фон ощущаю только благодаря контакту с кожей. Понятия не имею, как при таком большом количестве Письмен отец добился таких малых паразитных потерь, но почувствовать его нормальный человек так просто не может. Или же она не человек?
— Милый, а что ты ещё готов для меня сделать? — спросила девушка, проведя ладонью по лицу Макса.
— Всё. Всё, что ты хочешь, — завороженным голосом промолвил Макс.
Я нахмурился ещё сильнее. Мне поведение напарника совсем не нравилось.
— Макс, отойди от неё, живо, — попросил я, сам приближаясь к парочке.
— О, ты ревнуешь меня к нему? Хи-хи! Давай я и тебя поцелую, чтобы ты не был таким хмурым, а?
Я рывком на себя отстранил от девушки Макса. Не слушая его возмущения, я спросил у неё:
— Кто похищал жителей деревни из своих домов?
— Да какая-то кучка слабых тёмных… А в близи ты ещё более красивый. Может сходим в деревню и выпьем чего-нибудь? Местные празднуют свое освобождение.
Её голос звучал очень мелодично, обворожительно… Немного подумав, взвесив все за и против, я медленно кивнул.
— Хорошо. С дороги нам не помешает отдохнуть.
— Отлично! — обрадовалась девушка, а затем обняла меня и прошептала на ухо, — Ты не о чём не пожалеешь.
После она отстранилась от меня и соблазнительно виляя бёдрами, направилась к центру деревни. Я с лёгкой улыбкой в компании Макса направился следом за ней, всё время пялясь за достоинства девушки, которые коротенькая юбка, вечно задирающаяся от порывов ветра, постоянно демонстрировала.
Ох, никогда такого не ощущал, словно попал под магию Шарма, ха-ха! В голове прозвучал звон стекла. Наваждение исчезло. Какие тёмные, раз пахнет демонятиной?! Какой к черту праздник, если вообще не слышно звуков веселья?!
Я остановился и задержал Макса. Анабель обернулась в нашу сторону и надула губки.
— Мальчики, что случилось?
— Хорошая попытка… демон. Макс, очнись, ты под Шармом.
Лицо Анабель тут же изменилось. Оно стало совершено бесстрастным, я бы даже сказал холодным.
— Вот как, — голос сейчас соответствовал лицу, — Я не люблю драться, но похоже придётся. Если бы не твоя безумная защита разума, то боя можно было бы избежать. Скажи, кто тебя обучил этой белой обезьяне, о которой ты не должен думать, но постоянно параллельно любой мысли в своей голове вспоминаешь о ней? Я хочу выпотрошить этого человека за мигрень, которую испытала.
— То есть это был не просто Шарм? — удивился я, так как мне давненько не приходилось защищаться от чего-то ментального.
— Нет, поэтому я могу сделать так.
Она взмахнула рукой и я оказался в коконе песка. В коконе песка, в которой Макс обычно закатывает своих противников! Живот, а потом и спину пронзила острая боль. Песок перестал меня удерживать и упал на землю. Ноги подкосились. По удлинившимся когтям Анабель текла кровь. Моя кровь.