- Иначе было нельзя, - пожал он плечами. – Так ты хочешь жить?
- Хочу, - кивнула серая.
- Что здесь происходит? – донеслось от двери.
В проёме стояли двое охотников, одного из них, кажется, звали Жойен, а второго он не помнил, один из лучников. Что ж, он хотел просто вывести девушку из деревни и вернуться, но, видимо, всё будет не так просто.
Марк оказался у дверей быстрее, чем Жойен успел схватиться за эфес своего меча. Охотники не успели и звука издать, как оба повалились на пол. Тилван подхватил их и аккуратно положил у стены.
Девушка взирала на него с неприкрытым ужасом. Ну, что ж, к этому взгляду Марк привык.
- Жди меня здесь, я разберусь с остальными и вернусь, - сказал он серой стражнице и выскользнул в ночь.
О, боги. Зачем он это сделал? Что с ним случилось? Ему же теперь конец! Стоит только взглянуть на трупы и сразу станет понятно, кто их убил. А орден Амна ему такого не спустит. Что же он творит…
Тилван услышал крики и плач. Выскользнув из тени переулка, он заглянул в единственное окно в деревне, в котором горел свет. В углу дома, возле печи, лежал мужчина в синей рубахе, в луже собственной крови. Недалеко от него лежал мальчик, на вид лет десяти. В постели, у дальней стены, здоровенный боров насиловал женщину. Остатки серого платья висели на её правой руке, свисающей с кровати. Правая грудь покачивалась в такт движениям борова. Она плакала, но уже не сопротивлялась. Взгляд её был устремлён в окно, но она уже ничего и никого не видела.
Марк осторожно проскользнул в дом и быстрым незримым движением перерезал борову глотку. Он знал его. Бартоломью Кваг. Бывший стражник у главных ворот центрального стража, нынешний охотник. Здоровенный детина, заросший чёрным мехом, для которого, помимо выпивки и женщин, радостей в жизни больше не было. Он не был таким уж плохим человеком, раньше, до того, как стал охотником. Но в последнее время ожесточился, став кем-то другим. А может и собой настоящим. Ведь Тилван не знал, что всё это время творилось в голове у Барта. Он никого из них по-настоящему не знал. Но отчего же ему так жаль их всех?
Кровь хлынула из горла охотника, заливая женщину, но та даже не дёрнулась. Она всё также продолжала реветь и смотреть в окно. Марк скинул борова с кровати и покинул дом. Остались ещё двое.
Грог и Курт стояли недалеко от входа в деревню с западной стороны. Два дома, которые они подожгли, всё ещё полыхали, как и сарай чуть поодаль от них. Они мерно о чём-то разговаривали, не обращая внимания на пожар, грозящий перекинуться на соседние дома. Они ждали своих людей, до деревни им дела не было. Их Тилвану тоже было жаль. Но совсем немного.
- Тилван, нашёл что-нибудь? – крикнул ему Грог, видя, что ассасин идёт в их сторону.
- Да, - кивнул Марк. – Не совсем уверен, что это именно то, что нужно, но какой-никакой, а след.
- Что там? – спросил, не понимая, Курт.
- Труп, - выдохнул Тилван и спустя мгновение перед ним их появилось целых два.
Дело закончено. Теперь обратного пути точно нет. Никто не поверит, что он единственный остался в живых, а даже, если и поверят, то сожгут на костре или повесят, за то, что не погиб с остальными. В этом он даже не сомневался.
Ассасин присел на корточки и вытер свой кинжал о камзол Грога. Пора было возвращаться к магичке. Теперь она его единственная надежда на жизнь. Кинжал скользнул в ножны, и Марк поднялся на ноги.
Деревню понемногу заволакивал дым; кто-то из жителей, рискнув, вышел и начал поливать один из полыхающих домов водой. Тилван подошёл к двери того самого покосившегося домика, где оставил главу серых стражей и, присев рядом с дверью, сбоку, прочистил горло.
- Это я. – Ответа не последовало. – Они мертвы. Я зайду? – Снова без ответа.
Он заглянул внутрь. Темнота. Лунный свет, струящийся через единственное окно на пустой пыльный пол. Два трупа у стены.
- Чёрт бы тебя побрал, - выругался Тилван и бросился на север, в сторону леса.
Он довольно быстро отыскал её следы. Казалось, что девушка бежала без разбору, ломая ветки, оставляя следы и, как и бывало в подобных случаях, быстро выбиваясь из сил.
Он настиг её глубоко в лесу, на маленькой полянке. Он вышел к ней спокойно, подняв руки вверх.
- Некрасиво было оставлять меня там одного, - пожаловался ассасин. – Я, между прочим, тебе жизнь спас.
- И убил моих товарищей, - как хлыстом, выпалила она.
- Я уже говорил, что так было необходимо. Понимаешь, если бы я не убил их, они бы могли убить меня.
- Кто ты такой? И что тебе нужно от меня? – грозно спросила магичка.