…Рывок и одно кольцо кандалов сдалось под напором силы рук Крена. Теперь можно было размять плечо и затекшие пальцы.
- Как любопытно, - внезапно раздался голос в комнате, - так вот что ты решил: пробраться в замок и уничтожить всех нас?
Крен от неожиданности чуть не выронил часть железки.
- Адзе, - он попытался встать так, чтобы не было заметно высвобожденной руки, но уже по насмешливому выражению глаз девушки понял: попытки были бесполезны. Его уже уличили. В иной ситуации он бы отшутился, а сейчас лучше было промолчать.
- Зачем ты вступил на нашу территорию? Ты же прекрасно знал, где она начинается? Зачем ты вообще тут появился? – тоном, не терпящим возражений.
- Это моя работа, - спокойно ответил Крен. – Убивать таких, как вы.
- Но зачем же тогда ты спас меня на площади? – недоумевала девушка.
Крен не хотел сознаваться в том, что это была самая большая ошибка во всей его жизни. Спасти врага. Какой позор.
- Спасти врага, – словно бы прочитав его мысли, повторила девушка. – Как прозаично, не правда ли?
- Говори, что хотела, и убирайся! – прошипел Крен. Эта беседа ни к чему хорошему не могла привести.
- Как же ты любезен, - съязвила она и подошла ближе. – Но сначала…
Крен почувствовал, как ее холодные руки коснулись его запястий. Ну вот. Сейчас прикует обратно. Дурак, надо было быть поосторожней. Но вместо того, чтоб почувствовать тяжесть на высвобожденном ранее запястье, он услышал, как железный браслет спал со второй его руки, грохнувшись на каменный пол. Что это значит?
- А то и значит, - у самого уха прошептала Адзе. – Я возвращаю свой долг. Только чтоб потом духу твоего здесь не было! Мы квиты. И не надейся, что в следующий раз я поступлю так же. Убью, даже не задумываясь!
И прежде, чем он успел что-то сообразить, острая боль пронзила его, и темнота заполнила его сознание.
Очнулся он уже у себя в хижине. Поначалу показалось, что это был просто сон. Ну какой вампир добровольно выпустит свою жертву из капкана? Вот именно – никакой. Только ссадины на руках да ноющий затылок красноречиво опровергали его мысли, а царапины и синяки подтверждали, что все это было на самом деле.