– Может быть, эта книга, которую нашел на хуторе?
– Не знаю, – пожал плечами я, – надо про нее побольше узнать.
– Стрелка не нашлось, говоришь, – продолжил рассуждать отец и покачал головой, – да нет, это ни при чем. Самое простое – заказать тебя простым бомжам. Тупо грохнули бы по голове из-за угла – и все, концы в воду. Стопроцентный «глухарь».
– Добрый ты, папа; о родном сыне и со спокойным лицом такие вещи говоришь.
– Шурка, ерунду не пори!
– Молчу, товарищ полковник в отставке! – я шутливо бросил ладонь к голове и напомнил про свой вопрос, – так про какие невероятные вещи ты упомянул?
– Да знаешь, как бывает, – отец замялся, – на учения выехали, ну и засиделись вечером, небольшой компанией, даже один прикомандированный пришел, старый знакомый, еще по Луанде. Мужик, кстати, нормальный, не гнилой. Так вот, рассказал он нам про один случай в 38 дивизии, куда его дернули по одному нехорошему делу. Оказалось все просто, поэтому быстро разобрались, а напоследок устроили ему отвальную с этим самым спиритическим сеансом. Времена-то какие были, восемьдесят первый, тогда модно было.
– Что именно модно?
– Ты, Шурка, слушай, а не перебивай. Спиритизмом заниматься было модно. В общем, то да се, вызвали душу, оказалась женщина. А ребята все молодые, да еще выпившие немного. Один возьми и ляпни этой «гостье» – мол, хочу тебя увидеть. Женщины чуть не в визг, а он уперся как баран и все тут. Иначе не верю, говорит, в эти байки. Ну, дух ему и пишет: раз так хочешь – увидишь. И ушла, да еще напоследок так тарелочку крутанула, что даже свеча погасла. Ребята бросили это дело – мол, черт с ним, не за этим сюда собрались, товарищи офицеры, водка стынет. Сидят, гуляют, про духов и думать забыли. Через пару часов – звонок в дверь. Хозяин квартиры пошел открывать, а там на пороге стоит женщина, в простом платьице, но выглядит вполне прилично. Мол, извините, а товарища лейтенанта такого-то можно позвать? Ну, хозяин пожал плечами и кликнул – мол, иди, Серый, тут к тебе пришли. Приходит этот офицер, как понимаешь, именно он хотел увидеть это… привидение. Женщина у него и спрашивает – это семнадцатый дом? – Да, говорит лейтенант, семнадцатый. – А квартира такая? – Да, такая. А вам чего надо? – Женщина плечами пожала и говорит: – Нет, ничего. И ушла.
– Хочешь сказать, что это дух женщины ему показался?
– Именно. Лейтенант этот, когда через полчаса понял, даже протрезвел.
– Офицерские байки, – я махнул рукой, – не напрягаясь, не один десяток вспомню.
– Байки, говоришь, – отрезал он. – Это было в городе Державинск-1, если точнее, то в поселке Степной, в Казахской ССР, в 1981 году…
– И что? – не понял я.
– А то, Шурка, что 38 дивизия – это тебе не кот чихнул, а РВСН. Режимный поселок, туда вход был только по пропускам. Все жители друг друга знали в лицо и чуть ли не поименно. Там, рядом с этим домом, по одну сторону госпиталь, еще три жилых дома, магазинчик и казарменная зона. Откуда там чужие?
– Есть многое на свете, друг Горацио, – я покачал головой.
– Дело, Сашка, в том, что этот товарищ, который эту историю вспомнил, позже, когда мы с ним в одном отделе работали, рассказал мне про Охотников на Нечистую силу. Правда, называли вас по-другому – Инквизиторами.
– Что?!!!
– Вот тебе и то! – отец вскинул на меня глаза. – Что слышал. Правда, без всех этих подробностей, про которые ты рассказал. Про наставников ваших, Авгуров, он тоже упомянул. Ты что думаешь, про ведьм никто не знал, пока ты не появился, весь молодой и красивый?
– Погоди, папа, хочешь сказать, что еще в восьмидесятых годах про Охотников знали на уровне государственных структур? Знали и не сделали ни одного шага?
– По его рассказу, выводы были сделаны правильно. Наблюдали за вами пристально, но в дела не лезли. Даже несколько раз прикрывали от милиции. Кстати, первыми, кто на вас вышел, были ребята из третьего управления. Думали, что вы «засланные казачки». А потом, когда немного разобрались, был создан специальный отдел при пятом, – отец заметил мой недоумевающий взгляд, – третье – это военная контрразведка, а пятое – политическое, идеологи.
– Ну, контрразведка – это еще понять можно, но идеологи-то здесь при чем?
– Как это при чем? Такими непонятными вещами всегда пятерка занималась, на то они и идеологи, призванные бороться с мракобесием, способным нарушить правильное воспитание советских граждан.
– Много там таких отделов было, не знаешь?
– Точно не знаю, но думаю, немало. Сам посуди, – отец выудил из рюкзака армейскую фляжку и положил ее на импровизированный стол, рядом с продуктами, – это ведь только на первый взгляд в нашем обществе гневно осуждали все эти пережитки прошлого. На самом деле все эти дела серьезно изучали еще со времен Виссарионыча.