Пробить номер машины по базе данных большого труда не составило. Вернувшись, домой, созвонился с Сигитасом, договорился о встрече, и уже через несколько часов у меня на руках была вся необходимая информация. Причем бесплатно – я честно рассказал про шашку и связь между этим клинком и убийством Шарунаса. Может, этого и не следовало делать – информацию постороннему человеку выдавать, но мне кажется, что в полицию он не побежит. В конце концов, чем рискую? Обвинят в незаконном расследовании убийства? Клал я с пробором на это обвинение; занимайся полиция расследованием активнее, а то ни слуху, ни духу, будто забыли про это дело. Какое-нибудь пустяковое дело, вроде сбитого фонарного столба, в который въехал очередной придурок из сейма, или пьяных английских туристов, помочившихся (по традиции) на стену президентуры, печатные издания будут мусолить до умопомрачения, а здесь – будто воды в рот набрали. Так мы не гордые, напомним, если память отшибло…
Большой стол, сделанный из толстых дубовых досок, был уставлен тарелками и бутылками, бокалами и глиняными кружками для пива. Да и обстановка знакомая – вон на том углу, да, именно там, где стоит блюдо с остатками жаренного поросенка, я когда-то ножом вырезал свои инициалы. Сейчас вы их не увидите, чей-то локоть загораживает. Шумная и дружная компания старых друзей, доверяющих безоговорочно, как это бывает только между очень родными и близкими людьми. От этого чувства становится тепло и уютно, будто перышком по щеке провели, словно каждый из нас отдает частичку своей души, чтобы согреть жизнь ближнего. Наверное, играла музыка, и мы кому-то хлопали, подбадривая невидимых сейчас танцоров. Какие там танцы, господа, если напротив сидела очаровательная девушка, и меня занимали только эти карие глаза, в которых видел все, о чем мужчина может только мечтать – любовь, нежность, радость, что вы рядом друг с другом… Каштановые волосы, тяжелой волной рассыпаются по ее плечам, и она, хитро улыбнувшись, показывает мне кончик розового язычка. Вот вредная! Конечно, вредина, но моя, любимая…
Дьявол!!! Я очнулся, сидя на своей кровати, тяжело дыша, и не отрываясь, невидящим взглядом уставился в окружающую темноту. По телу стекали холодные капли пота. Рядом с кроватью недовольно заурчал потревоженный моим криком Бакс. Сон… Это только сон. Может, и так, но почему на душе так тепло и радостно, словно встретил родных мне людей?!
Сердце колотилось как бешеное, когда я выбрался из кровати и, сбросив на пол влажную от пота простыню, пошел в ванную. В ушах словно звучала музыка – та самая, из сновидений. Минуты две простоял под холодным душем, подставляя тело упругим струям воды, пока не почувствовал, что это странное чувство тепла уходит прочь, оставляя взамен зияющий провал пустоты и боли неосознанной утраты. Потом долго смотрел в зеркало, словно надеясь увидеть там признаки безумия. Нет, ничего подобного. Знаете, как это бывает в фильмах – человек смотрит на свое отражение в зеркале, потом отворачивается, а его отражение продолжает наблюдать за ним и этим миром. Зазеркалье, еще одна неизведанная часть нашего Бытия…
Рассвет приходил медленно, словно нехотя. Первые троллейбусы, натужно завывая электромоторами, двинулись по улицам, разгоняя остатки утреннего тумана своими длинными усами, которые делали их похожими на больших тараканов. Вместе с ними утро встретил и я, усевшись на подоконнике с чашкой кофе и сигаретой. По-моему, Айдаров, у тебя едет крыша, если незнакомые люди, вызывают такую реакцию. Мало того, во сне, а не наяву. Да, этих людей я не знаю. Никогда не видел. Не встречался. Но они мне не чужие! Как это объяснить?!