Глава 16
Отыскать подземелья оказалось весьма непросто, нет, займись я поисками Хильды раньше и найти их не составило бы труда — след из отмирающей плоти привёл бы меня к ней, но теперь уже слишком поздно. Бо́льшая часть органической гадости, покрывавшей монастырь, уже мертва. Так что попытки отыскать Хильду по следу из заражённой ткани, обречены на провал. Впрочем, я нашёл другой выход — планомерный обыск. Долго, нудно, противно, но эффективно.
Спустя полчаса поисков я, наконец, нашёл вход в казематы, по иронии судьбы он находился прямо в башне настоятеля. И почему я начал обыскивать монастырь с другого конца, ведь куда логичней было бы начать именно с башни, я же помню, что шли мы недолго. В общем, наваждение какое-то, или же кто-то покопался в моей памяти. Бред! Но магия тоже бред, что, однако не мешает здешним кудесникам колдовать. - Примерно с такими мыслями я и спускался по узенькой лесенке.
Под ногами отвратительно хлюпало, а я не мог заставить себя посмотреть, что именно. Хотя, казалось бы, целый день, проведённый в этой обители зла, должен был приучить к спокойному созерцанию всяческой мерзости, но не тут-то было. Это с экрана монитора легко разглядывать всякую гадость, в жизни всё несколько иначе и что самое обидное — исходящий от креста свет упорно отказывался аннигилировать уже мёртвую ткань. Ну да ладно хоть дорогу освещает, и на том спасибо тебе, господи. Спустившись по лестнице, я очутился перед сплошной стеной плоти, перегородившей проход. В отличие от всех встреченных до этого перегородок эта была по-настоящему толстой, во всяком случае, в сравнении с теми, что я видел до этого — те, то просто были прозрачными. А ещё эту перегородку покрывала прочная даже на вид шкура с редкими металлическими чешуйками. Но самое главное — эта перегородка всё ещё жива, несмотря на болезненного вида пятна на коже. Значит, я на верном пути.
Интересно, как сам колдун проходит через такие преграды? Или же это ведьма? А какая по большому счёту разница, Тиберий мне так и не объяснил, чем они друг от друга отличаются помимо пола и отличаются ли вообще. Ну ладно, пора проверить насколько перегородка толстая, а шкура крепкая. Выдернув из ножен рапиру, я прошептал одну из заученных в своё время литаний и осторожно ткнул в преграду. Почему осторожно? Ну, хотя бы потому что если та вдруг окажется прочнее, чем предполагалось, то я не лишусь своего весомого аргумента. Осторожность оказалась лишней — окружённая светом рапира с лёгкостью располосовала шкуру.
Приложив минимальные усилия, я без особых проблем, прорезал себе проход. Оказавшись по ту сторону преграды, я бесшумно двинулся дальше, под ногами вместо хлюпающей жижи находилось нечто упругоподатливое, что-то вроде резин. Хотя если учесть специфику, то это скорее мышцы, или что ещё вернее одна большая мышца, причём гладкая, поскольку мышечных волокон я под ногами не чувствую, а они должны быть весьма заметными, если учесть габариты самой мышцы. С другой стороны, небанальным же увеличением этот живой ковёр получен? Так что все эти размышления — пустая трата времени. Главное сейчас, чтобы окружающий меня свет не начал выжигать здесь всё, поскольку если я прав и это действительно одна большая мышца, то она может и сократиться, и тогда меня, либо об потолок размажет, либо об стены. К счастью, ничего подобного не происходило — излучающий свет крест, выжженный на моей ладони, не спешил испепелять окружающую меня органику и, кажется, даже стал светить чуть-чуть слабее. В общем, всё шло настолько хорошо, что я невольно начал беспокоиться.
Прокравшись до конца живого туннеля, я едва не ушиб себе ногу челюстью — туннель просто обрывался, обрывался, и всё тут! А за ним начиналось нечто... нечто огромное. Здешние монахи либо изначально сотрудничали с прокля́тыми чародеями, либо построили монастырь не в том месте. Внушительных размеров пещера, больше чем наполовину заполненная живой содрогающейся плотью. Откуда-то с потолка к этой массе тянулась полупрозрачная трубка с остатками чего-то красного. И вся эта масса содрогалась, словно в конвульсиях, как будто нечто медленно, но верно убивало её. Похоже, невидимая зараза добралась-таки до этого места, возможно, вместе со мной. Ещё раз, взглянув на полую трубку, я понял, что странная болезнь, убившая порождение ведьмы в монастыре тут ни при чём. Руку даю на отсечение, что по этой трубке, должна была поступать кровь, но благодаря моим стараниям обеспечивающее кровоток сердце остановилось.