'Ладно, ладно, уговорил' — вздохнул лжетворец. — 'только, правда, тебе не понравится'.
- Что может быть хуже, чем мысль о собственном безумии? — проворчал я, притулившись в уголке часовни.
'Доказательство своей правоты' — раздался в голове смешок лжетворца.
- Ты хочешь сказать, я рехнулся? — удивился я, перестав на секунду сканировать зал в поисках угрозы.
'Ну точки зрения психиатров твоего времени так и есть'
- А как всё на самом деле?
'Немного сложнее'
- Рассказывай, — вздохнул я, положив пистоль на колени. Снаружи донёсся тоскливый волчий вой. Честно говоря, я чувствовал себя так паршиво, что готов был присоединиться к мохнатым в их ночной песне.
'Ты не задумывался, откуда у тебя навыки фехтования? Почему ты свободно общаешься с представителями другого мира?'
- Давай ближе к делу, — прервал я бесконечный поток вопросов.
'Я — то, что осталось от хозяина этого тела и его навыков' — ответил голос, странно, но никакого отклика во мне это откровение не вызвало. Чего-то подобного я и ожидал.
- А чего раньше молчал? — полюбопытствовал я, поднявшись на ноги.
'А ты как думаешь? Как бы, по-твоему, отреагировал Аврелий, — если бы увидел, что ты сам с собой разговариваешь, это знаешь ли средневековье тут психбольниц с улыбчивыми медсёстрами ещё не изобрели, а вот сожжение юродивых давно поставлено на поток' — последовал насмешливый ответ.
- А откуда ты про больницы знаешь? И вообще, говоришь ты как-то слишком современно, — ухватился я за несостыковку.
'Ты что, совсем идиот? Я же сказал, что это форма расстройства личности, то, что осталось от предыдущего владельца, на полноценную личность, знаешь ли, не тянет.
- Так выходит, я всё же рехнулся? Раздвоение личности и всё такое? — хмыкнул я, изучая алтарь.
'Ну не всё так плохо, считай меня своим внутренним голосом, так проще' — хмыкнула моя шизофрения.
- Ладно, ладно, замяли, — проворчал я, сунув меч в ножны.
- Так, что ты говорил про алтарь? - Поинтересовался я, направившись к центру часовенки.
- То, что это не алтарь, — хмыкнула моя шизофрения, — Это наше спасение.
Было в алтаре что-то неправильное, помимо того, что он ничуть не обгорел при пожаре. И это 'что-то' занозой засело где-то в сознании, требуя немедленных действий. Приблизившись алтарю, я принялся сдирать с него парчу и прочие украшательства. Прочь полетела чаши с вином, плошки с безвкусными комочками теста и прочие ритуальные предметы, в отличие от алтаря они сильно пострадали, а значит, бесполезны. Осмотрев каменную глыбу со всех сторон и отчаявшись найти ответ самостоятельно, я решил пойти другим путём.
- А что насчёт чудес скажешь? — полюбопытствовал я, бросив взгляд на украшающий мою ладонь крест.
'А что с ними?' — вопросом на вопрос ответил внутренний голос.
- Откуда они берутся, и кто за ними стоит? И что, чёрт возьми, делать с этим куском скалы?
'Понятия не имею, я, вообще-то, знаю ненамного больше, чем ты' — явно соврал голос, я прекрасно помню, что он вполне себе влиял на мои способности.
- Не ври, а то я останусь тут и подожду тех, кто меня преследует, ты же их тоже боишься? — шантаж собственной шизы, это новый уровень.
'Ну знаешь ли, если бы не моё тело, ты бы сейчас вообще не существовал, сиди и жди тогда, пока эмиссар Жнеца тебя препарирует' — обиделась моя шизофрения.
- Ладно, ладно, успокойся, — проворчал я примирительно. Проведя рукой по алтарю, я ощутил, что камень местами не такой уж и твёрдый, стоило приложить усилие, и палец проваливался в небольшое углубление. Чертыхнувшись и получив за это очередной разряд тока под гогот личной шизофрении, я принялся ощупывать камень. Через несколько минут активных поисков я отыскал ещё два таких же места. Итого — три, как символично. Только что вот с ними делать? Либо я что-то упускаю, либо в них нужно что-то вставить. И это 'что-то', судя по весьма любопытной форме выемки выглядит как конус с треугольными шипами, хаотично разбросанными по поверхности. Весьма необычная форма, и едва ли она из дерева, так что должна бы уцелеть в огне. Однако на полу ничего подобного не было. Не исключено, что в часовне и вовсе нет этих предметов. С другой стороны я ещё не всю часовню облазил.
Пока я размышлял над тем, где могут храниться, недостающие части, мой взгляд блуждал по стенам, и в какой-то момент зацепился за три вытесанных из камня тумбы. Причём камень был обработан настолько грубо, что невольно закрадывались мысли о том, что это было сделано специально. Может быть, это паранойя, но проверить стоит. Смахнув с одного из каменных постаментов пепел, я нащупал короткий стальной штырёк. Стоило за него дёрнуть, как верхняя часть тумбы с громким щелчком соскочила со своего места. Рухнув на пол, обожжённый камень, раскололся на части, но мне на его сохранность было глубоко наплевать. Каменная тумба оказалась полой, бо́льшую часть свободного пространства заполняла красная склизкая мякоть, напоминающая десну, и в ней словно зуб сидел огромный конусообразный коготь. Причём сам он, в свою очередь, служил почвой коготкам поменьше. Ну вот, интуиция меня не подвела.