Никогда не верил во всю эту потустороннюю чушь, но после того, как я каким-то макаром, очутился здесь, стена моего неверия дала трещину, основательную такую — размером с целый мир, которому, похоже, начхать на мои представления о возможном. Так что моё отношение к циркулирующим по трактиру слухам было по меньшей мере двояким. Но, что самое мерзкое — мысль о том, что в пещере завелось нечто действительно гадкое, казалась мне куда более реалистичной, чем-то, что все эти слухи — пустопорожний трёп.
- Две серебрушки, господин. - Голос трактирщика вырвал меня из сытого забытья. Похоже, набив наконец желудок, я выпал из реальности в полудрёму. Какие ещё серебрушки, я же помню, Аврелий ничего не заплатил за обед? В чём дело, или я что-то понял неправильно.
- Всё в порядке, вот деньги. - Голос инквизитора стал для меня полной неожиданностью. Трактирщик проворно сгрёб выложенные на стол деньги и поспешно ретировался на своё место.
- Не сто́ит переоценивать людскую щедрость. - Бросил Аврелий, залпом высушив остатки вина в кувшине. - Пойдём, пора поговорить с властями. - Добавил он, утолив жажду, и первым двинулся к выходу. Накинув на голову шляпу, я поспешил за ним.
- Запомни раз и навсегда, хозяин любого трактира обязан дать тебе приют на одну ночь и ту еду, что захочет. Если ты что-то заказываешь — ты это покупаешь. - Раздражённо пояснил инквизитор, накидывая капюшон. Учитывая мелкий моросящий дождик, что и не думал заканчиваться, это было нелишним. Впрочем, особых неудобств я не испытывал, широкополая шляпа и плащ весьма недурно защищают от непогоды.
Вместо того чтобы отправиться к стойлам, Аврелий двинулся дальше по улице. Похоже, до управы рукой подать, иначе прагматичный инквизитор взял бы лошадь. Я оказался прав, всего пятнадцать минут бодрой ходьбы через грязь и помои и мы выбрались на относительно чистую площадь. Причём чем дальше от управы, тем более относительной становилась чистота. 'Некоторые вещи едины во всех мирах' — Мелькнула в голове мрачная до невозможности мысль. Здание магистрата носило на себе следы не только роскоши, но и до безобразия дурного вкуса. Да что там именно на подобных постройках и нужно показывать зажравшимся богатеям как, не надо строить. Вход в это чудо архитектурной мысли охраняли двое стражников. Ну, или не стражников, хотя кем ещё могут оказаться пузатые дядьки в начищенных кирасах с каким-то невнятным гербом на рукавах?
Показав удивлённым стражникам свой пропуск, Аврелий вихрем поднялся по деревянной лестнице. Полный роскоши при полном отсутствии вкуса коридор пролетел перед глазами в считаные секунды, и вот уже Аврелий с ногой открывает дверь, ведущую в местный зал заседаний. За ней скрывалась небольшая в минималистском стиле зала, во всяком случае никаких картин и гобеленов тут не висело, да и безвкусных скульптур также почти не наблюдалось. Пять кресел, пять столов ломящихся от еды и пять членов совета соответственно. Все кресла были выстроены в почти идеальный полукруг и могли похвастаться одинаковой высотой, это, видимо, должно было подразумевать, что все они равны. К сожалению, как показывает практика, о равенстве здесь, как и в других подобных учреждениях, не было и речи. Упитанный старик, сидевший дальше всего от входа, одетый в горностаевую накидку ну уж никак не походил на выходца из рабочих семей, как позиционировали себя все члены совета. Видимо, наше появление прервало обсуждение какого-то очень важного, по их мнению вопроса.
- По какому праву? — сунулся было один из ближайших к нам членов совета, средних лет мужичонка с кудлатой бородой. Аврелий проворно достал свой инквизиторский крест и молча сунул его в лицо возмущённому цеховику.
- Наконец-то! - Морщинистое лицо старика, видимо, бывшего здесь старшим, расплылось в подобии улыбки. - Мать — Церковь вспомнила о своих заблудших детях!
- Буду краток! - Аврелий пристально уставился на старика. - Мы прибыли, чтобы решать ваши проблемы! - Слово «ваши» инквизитор выделил особо.
- И мне нужна информация, что было найдено в шахте? О чём вы умолчали в своём письме епископу?! - Продолжил давить Аврелий, в какой-то миг мне даже стало жалко этого толстяка, казалось, ещё чуть-чуть и у него начнётся истерика.
- Всё было как обычно. - Запричитал старик удивительно мерзким образом, весь его внешний вид говорил о покорности и чистоте помыслов, а вот глаза оставались холодными. Впрочем, чего ещё ожидать от успешного дельца, сумевшего защитить свой город от притязаний феодалов. - Слухи ходят разные, но ничего достоверно не известно. - Ух ты, видимо, некоторые формулировки свободно кочуют из мира в мир благодаря своей удивительной скользкости.