Именно эта импровизированная защита и дала мне возможность нанести свой коварный удар. Правда, вторая лапа монстра тут же сгребла меня в охапку, крепко прижав меня к шипастому телу. Жалобно скрипнул инквизиторский камзол, многочисленные шипы и крючки на теле твари прорезали кожаную броню. Но это всё не так уж и страшно, в конце концов, я на это и не рассчитывал. Правда не думал, что чудовище обладает такой феноменальной силой — мой позвоночник с трудом выдержал такую нагрузку.
Если бы я стрелял в «Эдварда» с небольшого расстояния, то он попросту остановил бы пулю. Судя по предыдущему «обмену любезностями», у него была неплохая реакция. Но теперь, когда мой пистоль находился у него под подбородком, а его свободная рука терзала моё плечо, у него не осталось никаких шансов. Прогремел выстрел, и голова «Эдварда» взорвалась в опасной близости от моего лица, окатив меня кровавыми ошмётками и остатками костей. Тело чудовища тут же обмякло, и я вывалился из его объятий, тут же вывернув содержимое своего желудка на мостовую.
Страшная рана на плече начала затягиваться. Мои глаза полезли из орбит, когда я увидел это. Должно быть, покровительство 'Босса' даёт не только сопротивляемость магии. Я как заворожённый смотрел на процесс заживления. Впрочем, зрелище оказалось недолгим, едва рана покрылась плотной корочкой, как свечение погасло. Конечно, работу выполнил, будь добр сдать инвентарное оборудование. Ладно, хоть кровотечение остановили. Прямо как в лучших государственных учреждениях... Додумать мысль до конца я не успел, поскольку обезболивающий эффект свечения тоже исчез. Не выдержав этого издевательства, я взвыл от боли. В плечо, словно раскалённые гвозди забивают. Ну почему всё всегда идёт через пень-колоду? За что, Господи? За что? Мне ведь так хорошо было там в мире науки и техники, где вся магия — потуги шарлатанов и кормушка для особо продвинутых особей. Я ведь в отличие от орды красноглазых чудиков, живущих у монитора никогда, слышишь? Никогда! не желал оказаться в 'романтичном' средневековье. На хрен эту романтичность, в гробу я её видал! - Подвывал я от боли, наверное, я выл бы ещё очень долго, если бы не новая вспышка боли, но уже в голове. Не выдержав такого небрежного отношения, сознание рухнуло в спасительную бездну обморока.
***
- Несите его в экипаж, — Распорядилась Элина, закованные в превосходные латные доспехи фигуры, застывшее за её спиной, порядком её нервировали. Символика, украшавшая шлемы и нагрудники, выдавала в них рыцарей-монахов одного из самых специфичных орденов. По слухам, этот орден давно уже балансировал на самой грани отлучения за свои более чем революционные взгляды на веру.
- Слушаюсь, — гаркнул вооружённый арбалетом и коротким мечом кирасир, впрочем, сейчас он сжимал в руках самую обычную дубинку, обёрнутую двумя слоями плотной ткани. У ног кирасира распростёрся невысокий крепко сложенный мужчина в плотном плаще с символикой ордена 'протекторов'. Правое плечо мужчины превратилось в одну большую рану, и лоскуты плаща и великолепно подогнанной кожаной брони отнюдь не улучшали картину.
- Нужно сжечь тела, — Произнёс один из тамплиеров, стоявших позади женщины.
- На это нет времени, я чувствую Жнеца, у нас мало времени, — Покачала головой Элина, при слове 'Жнец' кирасир взваливший было на плечи тело мужчины, едва его не выронил, а руки тамплиеров нервно обхватили рукояти мечей.
- Уходим! Он почти восстановился! - Взвизгнула девушка и первой бросилась к стоя́щей неподалёку карете, кирасир также припустил за ней со всей возможной скоростью. Последними к карете последовали тамплиеры, воины нервно оглядывались в поисках опасности. И она не заставила себя ждать, земля вскипела и сотни тёмных, почти чёрных щупалец опутали колёса экипажа, а у подножия горы трупов началось крайне подозрительное шевеление. Тем временем кирасир уже закинул раненого мужчину в карету и, быстро взобравшись на козлы, попытался привести в чувство обратившихся в соляные столпы лошадей. Бедные животные в первый раз в своей жизни столкнулись с чем-то настолько противоестественным. Ощутив неладное, Элина высунулась из экипажа, полоснув себя по руке коротким странно изогнутым кинжалом; она быстро зашептала нечто состоящее на первый взгляд из совершенно случайного набора звуков. Эффект этого действа проявился почти моментально: удерживавшие карету щупальца опали, а к перепуганным до смерти животным вернулась власть над собственным телом. Перепуганные лошади рванули так, тамплиеры едва успели вскочить на подножки. Спустя несколько секунд карета уже мчалась по улицам города. А город стремительно оживал, от центра во все стороны расходился поток самых разнообразных тварей. Их всех роднило только то, что выбрались они из огромной кучи трупов, сваленной на центральной площади, и выглядели они так, будто кто-то наспех собрал их из подручного материала.