- Ты прав этому нужно было положить конец. - Выдавил я из себя, чувствуя подкативший к горлу комок. Нарисованная Аврелием перспектива была по-настоящему ужасной. И мне предлагают охотиться на ведьму, способную обречь меня в случае победы на годы мучений без права на эвтаназию?
- Я уничтожу её, пусть и обещал не вмешиваться — Прошипел Аврелий, сдавив зажатую в руке ветку, так что та сломалась. Озадаченно посмотрев на свою руку, инквизитор швырнул сломанную ветвь в костёр.
- Расскажи мне о ней, вас ведь явно что-то ещё связывает. - Выстрелил я наугад, и как, оказалось, попал в точку.
- Ультина Аранская сожжена по обвинении в колдовстве в 805 году от Пришествия. - Буркнул Аврелий, наградив меня неприязненным взглядом.
- Это ведь был ты? Верно? - Спросил я, мысленно подсчитав, что сожгли её лет эдак пять назад, а значит, Аврелий, вполне мог приложить к этому руку.
- Нет, я лишь доставил её для дознания. - Покачал головой инквизитор, — не успел я передать её в руки суда, как меня услали с новым заданием.
- То есть казнь ты не видел? - Хмыкнул я скептически.
- Нет, но в архивах значится, что её сожгли, да и братья, наблюдавшие за исполнением приговора, это подтверждают. - Вскинулся инквизитор, о, похоже, мой вопрос задел его за живое, а это значит, что он не так уж и уверен в своих словах.
- А ты уверен, что казнили именно её? - Закинул я новый камушек в чашу совести инквизитора. Пожалуй, это единственный способ его разговорить. Ну а что мне ещё делать? Аврелий — самый удобный для меня источник информации. Ааа, чёрт! опять сам с собой разговариваю, ладно хоть не вслух.
- Уверен. - Отрезал Аврелий, вновь уставившись на огонь, похоже, я перестарался. Ну и ладно, думаю, у меня будет ещё не одна возможность разговорить его. И всё же та ведьма не выходила у меня из головы. 'Открытие врат в наваждения бесовские' — Очень даже может быть, что она сможет вернуть меня домой. Только вот с чего ей это делать? Хм... а если я спасу её от фанатичного инквизитора? Весьма привлекательный вариант, только вот не факт, что мне удастся одолеть Аврелия. Поединок с тем жутким стариком показал мне, на что в действительности способен инквизитор, я-то, в свою очередь, и пары секунд не продержался. При воспоминании о про́клятом во всех смыслах этого слова старике противно заныл шрам на шее.
- первый круг сегодня твой. - Подал голос инквизитор и прежде чем я успел возразить, уснул, подложив под голову кулак. Вот и ладненько, как всё-таки хорошо, когда тебе не доверяют. Первый круг это значит, что мне предстоит бдеть примерно первую половину ночи, надо ли говорить, что эта перспектива куда лучше, чем альтернатива. Я и до этого-то вёл ночной образ жизни, так что особого неудобства от подобных дежурств не испытываю.
Вечер и бо́льшая часть ночи пролетели незаметно, как, впрочем, и короткий полный кошмаров сон наполненный стариками и отрубленными головами, такое ощущение, что едва я сомкнул веки, как под рёбра прилетел пинок.
- Что творишь! - Подскочил я спросонья, хватаясь одной рукой за шрам на горле а другой за рукоять рапиры.
- Тихо. - Яростно прошипел инквизитор, сонливость как рукой сняло. - Она послала за нами теневого охотника, будь наготове.
- Она? - Переспросил я, чувствуя, что ни хрена не понял. С диким визгом нечто тёмное и гибкое вылетело из ближайших кустов. Блеснувшее в промозглой предутренней мгле лезвие столкнулось с чем-то молочно-белым, брызнули искры. Истошный, выматывающий душу визг прорезал воздух, и только теперь я стряхнул с себя оцепенение, и, как оказалось, вовремя. Укутанная тенями тварь совершенно непонятного вида отшвырнула инквизитора в сторону ударом, не то когтистой лапы, не то усеянной молочно-белыми шипами булавы. Грянул выстрел, раздавшийся вслед за этим вой, на мгновенье парализовал тело.
Кое-как переборов нахлынувшую слабость, я спустил курок, благо разрядить свой пистоль перед сном я благополучно забыл. Прогремел выстрел, пистоль лягнул ладонь, а тварь даже не покачнулась. Да что это такое выдержать удар весьма упитанного свинцового шарика, это какой массой надо обладать.
- Дурак! Бей её! - Проорал инквизитор, выбираясь из кустов. Тем временем укутанное тенями существо перестало голосить и стремительно рванулось ко мне. В разрыве меж тенями мелькнуло усыпанное молочно-белыми шипами тело. Тонкое, белое остриё, вырвавшееся из-под покрывала теней, едва не, лишило меня глаз. Чудом, отведя удар пистолем, я откатился в сторону, и это спасло мне жизнь. Из-под сотканных из теней одеяний в то место, где я стоял, ударил целый шквал шипов. Останься я на месте и из меня сделали бы решето.