Тени продолжили сгущаться, хотя куда уж дальше? И так не видно ни зги. Тук-тук, тук-тук, — не унималось невидимое сердце, и его стук явно доносился со стороны часовни. Надо посмотреть какого чёрта там твориться — Мелькнула в голове здравая мысль, заодно, может, и тени эти гадкие отстанут. Словно поняв ход моих мыслей, тени, устроили вокруг безумную пляску. От этой свистопляски немедленно закружилась голова. Проклятье, куда же идти? Кое-как нащупав стену, я побрёл вперёд или назад, уже неважно, главное — не останавливаться. Шаг ещё шаг, за ним ещё, не останавливаться, не прекращать читать молитву, похоже, только она и не даёт теням сожрать меня с потрохами. И почему я не сдержал слово? Ну что мне стоило сходить за отпущением грехов, всё равно же с Аврелим в церковь заходил. Исповедали бы меня, да и дело с концом. Звуки сердцебиения с каждым шагом становились все громче постепенно они из едва слышимых превратились в размеренный гул.
- А, чёрт! - Споткнулся я о порог, тени вокруг взвыли в один голос, вокруг стало в разы светлее, я даже разглядел часть коридора, в которой находился. Если память мне не изменяет, то я на верном пути ещё метров пятнадцать и впереди будет часовня. Стоп! Тени разошлись? Что я сделал? Ага, кажется, понял.
- Чёрт! - Рявкнул я громко, тени хлынули в сторону, сквозь тёмную хмарь проглянуло клонящееся к горизонту солнце. Так это что получается? Это слово их пугает? Ха, как всё просто то оказалось, и как я раньше то не догадался? Подпольные организации всегда эффективней своих 'светлых' коллег. 'Только плату требуют непомерную' — Вмешался в мысли внутренний голос. Вспомнив о цене, я припустил к церкви, во весь голос, выкрикивая слова молитвы. Ну, его на фиг, лучше не рисковать, с момента появления в этом мире я как-то стал серьёзней относиться к таким вещам — уж очень велика вероятность того, что бог всё-таки существует. А если это так, то как-то не хочется загреметь на вечные муки в ад из-за такой ерунды.
Влетев в часовню, и чуть ли не ползком добравшись до алтаря, я принялся истово молиться. Под нарастающий гул сердцебиения, странно, но оно словно бы задавало такт моим словам. Пожалуй, впервые в жизни я делал что-то 'истово' и... ничего. Окружившие меня тени по-прежнему никуда не делись, но я не собирался сдаваться. Господи! Может, я и не праведник, но и не такой уж грешник, если пришло моё время, так отправь, хотя б в чистилище, хрен с ним — с раем! Сознание на миг помутилось, неожиданно услышал свой собственной голос только вот вещал он какую-то тарабарщину. Меня прошиб холодный пот, а следом едва заметная вибрация в, где-то в районе пояса привлекла моё внимание. Наваждение схлынуло я больше не слышал тарабарщину озвученную моим голосом, а вот вибрация никуда не пропала навевая воспоминания о моём мире. Также себя вёл, когда-то мой сотовый во время важных встреч и в другие не менее 'удобные моменты'. Только вот нет у меня сотового...да и редкий сотовый вибрирует в тон сердцебиению.
Бросив руку к поясу, я нашарил вибрирующий предмет. Цапнув дрожащую рукоять пистоля, не менее дрожащей рукой я рванул его из перевязи. Тусклый, едва заметный свет окружил дуло, его было слишком мало, чтобы увидеть что-то ещё, но достаточно, чтоб пробиться сквозь тени. 'Господи, спасибо тебе!' — Поблагодарил я, ощутив, что мой переход в мир мёртвых временно откладывается. Наведя ствол в самую гущу живущих собственной жизнью теней, я спустил курок. Сияние на дуле стало ярче, но и только, повинуясь какому-то наитию, я зажал курок, одновременно стараясь не дать воли зарождающимся сомнениям. Свет вокруг дула стал ярче, и ещё, он нарастал с каждой секундой, ещё немного и на конце дула зажглась самая настоящая звезда. Ну, может, и не настоящая, но свет шёл такой чистый и яростный, что тени вокруг расступились, правда, ощущение было такое, будто они отошли, чтоб перегруппироваться. В правом ухе немилосердно засвербело. Сейчас! больше ждать нет смысла, стоило мне отпустить курок, как всё вокруг затопило светом, должно быть, так взрывается пресловутая светошумовая граната. Странно, но ни боли в обожжённой сетчатке, ни желания зажмуриться не было. 'Должно быть болевой шок'. - Мелькнула в голове порождённая школьной программой мысль. Спустя пару мгновений свет померк, и я вновь оказался во тьме, перед глазами плавали световые пятна, сильно пахло озоном, но прошло ещё несколько мгновений и зрение восстановилось.