В шуме ветра вдруг послышалось тихое, но грозное рычание. Медленно, приседая на львиных лапах, по стволу спускался зверь, с собратьями которого накануне был принят бой в пустыне. Этот был, пожалуй, даже крупнее.
В одну секунду, сбросив рюкзак и перехватив винтовку, Макс прыгнул вперёд и оттолкнул биологиню себе за спину.
Дуло винтовки смотрело в оскаленную морду зверя...
- Спокойнее, Аргус, спокойнее, - раздался вдруг голос сверху. Зверь перестал рычать, отступил и сел, не сводя, однако, пристального взгляда с охотника. Из тумана появилась высокая фигура в белой длиннополой одежде. Мужчина средних лет, с длинным посохом, неторопливо подошёл к ужасному зверю, потрепал его ласково по лобастой башке. Тот закрыл глаза и не замурлыкал, наверное, лишь потому, что не умел, ибо сверху всё же более походил на собаку или волка, чем на кошку. От кошачьих он получил лишь лапы и хвост.
Незнакомец ударил посохом в землю, сиречь поверхность Дерева под ногами, отчего ветер тут же прекратился, и ясным взором оглядел путников. Слегка поклонился.
- Да будут долгими ваши дни и светлыми помыслы! Меня зовут Славоград. Я - младший волхв посадской Обители. Приветствую гостей жданных! Отчего задержались? Княгиня ехать не желает, не повидавшись с вами, а её время дорого стоит.
- Мы... э-э-э.., - начал, было, Максим, но Славоград перебил.
- Простите моё недостойное любопытство. Важно, что вы здесь. Пойдёмте.
- Куда?!
- Княгиня ждёт! - он снова поклонился и неторопливо, даже величаво, пошёл вперёд, точнее, назад, откуда прибыл. Зверь затрусил следом, потеряв всякий интерес к пришельцам снизу.
- Вы что-нибудь понимаете? - спросил Макс пришедшую в себя спутницу. - Или это - то, что вы искали?
- Нет. Поверьте, сие - неожиданность и для меня, хотя вполне можно было предположить, что кто-то мог приспособиться к жизни наверху.
- Какая-нибудь секта?
- Не знаю. Но раз уж мы здесь, не зайти ли в гости? Вдруг узнаем что-то интересное? Да и воды у нас совсем не осталось.
- Ну, с водой - то проще, - буркнул Максим. - Пара глубоких вдохов и суточная норма влаги - в организме.
Вверх шли недолго. Только миновали полосу тумана, младший волхв повёл их по широкой, как площадь и длинной, как магистраль ветке.
Дышалось, как ни странно, легко. Даже на огромной высоте Деревья выделяли достаточно кислорода, чтобы не чувствовать дискомфорта. И ожидаемого холода тоже не было. Температура держалась градусах на двадцати пяти, если верить ощущениям.
Сквозь просветы в огромных листьях густо синело небо, птичий гомон не смолкал ни на секунду, быстрые тени то тут, то там пересекали дорогу и исчезали в зелени, превращаясь в пары любопытных светящихся глаз.
Если не знать заранее, что идёшь по исполинскому дереву, невозможно догадаться, что лесок с кудрявыми берёзками и молодыми елями растёт не на обычной земле, а на нанесённой ветрами в щели в коре, что поднимающиеся скалы – не камень по определению, хотя и значительно крепче.
Здесь даже текла речка, мелковатая, но с чистейшей сладковатой водой.
- Куда мы идём? – спросил Максим.
- В Посад, - охотно откликнулся Славоград. – Мы там живём.
- Кто это «мы»?
- Люди, - пожал плечами волхв. – Те, которые не захотели воевать с
Лесом, но решили принять его и занять место, которое он им определит.
- А мы, значит, захотели войны? – полуутверждающе спросил Макс.
- Значит, - пожал плечами волхв.
- Ага. То есть, только агрессор подобно обезьяне или белке не желает жить на дереве? И вообще, когда Деревья растут сквозь города – это нормальное явление и, если так не считаешь, значит - нехороший человек!
- Ты, конечно, слегка утрируешь, но доля истины в твоей тираде есть. Деревья растут там, где хотят. Почему у людей приоритет? Вот ты можешь объяснить?
- А разве человек не вправе так думать? - мягко заметила Весна. - Разве муравей в своём муравейнике не считает себя хозяином мира? Разве волк не считает, что зайцы созданы специально для него, не думая о желаниях самих зайцев?
- Разница в том, что и муравей, и волк, и любое другое существо не пытаются переделать мир под себя, а живут в гармонии с ним.
- Человек – на то и человек, чтобы совершенствоваться самому и совершенствовать ноосферу. Как же иначе? Ведь его видовые потребности неизмеримо выше, чем у любого, самого высокоорганизованного животного. Это неизбежно влечёт некий конфликт, но это ещё не причина для полного уничтожения. Разве природа сама не ошибается? Взять хотя бы лесные пожары или нашествия саранчи и прочих биологических вредителей.