- Максим Селиванов, - Макс пожал неожиданно сильную сухую ладонь старика.
- Ну, рассказывай, Максим Селиванов, как, а главное – зачем ты тут появился?
* * *
Макс рассказал всё, с самого начала, с момента встречи с Весной. Таиться смысла не было, тем более что попал он не к простым людям, это ясно, и попал, судя по всему, не случайно.
Слушали его очень внимательно. Никодим даже забыл про свой любимый чай, который так и высох налитый в блюдце.
- Чудны деяния твои, Господи, - покачал головой Осиныч, когда Макс закончил. – Никогда ничего подобного не слышал.
- Вы мне не верите?
- И хотел бы не поверить, да не выходит! … Я думаю, чем тебе помочь, - Осиныч запустил пятерню в густую седую шевелюру. – И почему тебя в мой лес выбросило? Книги вашей тут нет, в лесу, стало быть. Я бы почуял.
- А что тут думать? – Никодим с сожалением глянул на блюдце, потом обнял ладошками самовар, дунул в блестящий золотистый бок, и самовар запыхтел горячим паром, брызнул на цветастую скатерть каплями кипятка.
- Что думать, говорю, - повторил домовой, наливая новую порцию свежего чая, - Надо Кешу звать. По части загадок он у нас главный. И умом бог не обидел.
- Ты на что это намекаешь, клоп бородатый?!
- Полегче, полегче! – Никодим явно не испугался праведного хозяйского гнева. – А то сам не знаешь?
- Да, - Осиныч сник так же быстро, как вспылил. – Моя власть – в лесу ёлками командовать, да пням приказы отдавать. А Иннокентий, вот, можно сказать в люди выбился.
- Каждому – своё, - философски заметил домовой, отхлёбывая из блюдца. – Молодым расти, старикам направлять. Давно ли Кеша по горам носился, аки угорелый, ничем кроме девок да золота не интересовался? Кто его на путь наставил? В университет определил? А что способный оказался, так проку от его талантов, коли б остались в земле зарытыми?
- Верно, - кивнул леший. – Мы ещё – ого! Да и с ёлками тож уметь надо разговаривать! А с Кешей посоветуемся.
Из кучи хвороста возле печки он вытащил длинную толстую суковатую палку, ножом заточил её конец, наподобие острия копья.
- Слушай меня, Максим. Вот эта палка – лесной ключ. Как с крыльца спустишься, воткни её стоймя в снег поглубже, чтобы прочно стояла. От ключа побежит дорожка. Иди по ней, да не сворачивай и в стороны не наступай. Строго по линии иди, тогда не замёрзнешь. Выведет дорожка на шоссе, где тебя встретит наш коллега и друг Иннокентий Щеев. Я его предупрежу. Он у нас житель городской, возможностей поболее имеет, может, чего придумает. Обязательно придумает! Мы с Никодимом тож покумекаем. Если что, свяжемся… Да, бердыш – то спрячь.
- Бердыш?
- Ну, ружьё, ружьё. Хочешь, здесь оставь. Будет в сохранности, не переживай. А то по городам у нас с оружием нельзя ходить.
- Ага, - хохотнул домовой, - Если под полой не помещается!..Что же ты, на ночь глядя, человека посылаешь? Пусть уж до утра подождёт.
- Нет, - отозвался Максим, натягивая высохшие кроссовки – У меня и так мало времени. Спасибо вам за всё.
- Барьеры не забудь снять, - напомнил Никодим.
- Не забуду, – отозвался Осиныч.
- От кого вы отгораживаетесь? – спросил Макс. – От людей? Вы конфликтуете с людьми?
- Не с людьми. – Проворчал Никодим. – С консервными банками, с поли… полити. , …оновыми пакетами, с прочим мусором и грабежом. Это наши проблемы, тебе не интересно.
- Проблемы, как раз не чужие. Может, вместе и нашли бы выход? И вы и мы? И не зря я попал именно к вам?..
* * *
Когда Макс выбрался на дорогу, стемнело. Пустынное, чёрное шоссе рассекало лес и, плавно изгибаясь, убегало за горизонт.
Волшебная дорожка остановилась на границе асфальта, и только Максим ступил с неё на твёрдую укатанную поверхность, холод снова обрушился всей своей зимней мощью.
Куда идти? Макс постоял немного и пошёл в сторону, где над лесом небо тускло светилось отблесками уличного освещения города. Минут через десять яркий свет фар сзади заставил его остановиться. Он оглянулся и заслонился рукой от слишком ярких огней.
- Максим? – услышал он чей-то голос. – Садись!
Дверца машины открылась. Макс уселся на переднее сиденье, мягкое, низкое, повторяющее контуры тела и оттого непривычно удобное, гораздо удобнее скамеек в патрульных грузовиках. Да что там! Никакого сравнения!
- Пристегнись!.. Вот ремень. Защёлкни здесь…
Мотор мягко заурчал, и машина плавно тронулась. В салоне было тепло, уютно, негромко играла музыка. Макс изо всех сил старался не показать ошеломления роскошью и необычностью техники. В конце концов, если непривычно ему, провинциалу, не значит, что в его мире нет ничего подобного где-нибудь в Центре. Стоит ли удивляться?
- Иннокентий, - протянул ему руку водитель.