- Тебя здесь любят, - заметил Максим.
- Плачу хорошо. – Иннокентий углубился в содержание меню.
- Нам, пожалуйста, карасей в сметане… Ты любишь рыбу?
Макс пожал плечами.
- Тогда порцию карасей и барбекю. Потом – кофе, мороженое. Ну, как всегда вобщем.
- Мы ценим постоянных клиентов, - кивнул метрдотель. – И знаем их вкусы. Например, что вы пьёте кофе без сахара.
- Что будем делать?
- Думать, - Иннокентий, сосредоточенно хмурясь, прихлёбывал почти кипящий кофе. Макс ждал, пока остынет, и помешивал ложкой сахар. – Думать, думать…Нет ли здесь какой-нибудь связи? Нет ли чего-то, что лежит на поверхности, а мы не видим? Может, вообще всё проще, а мы и не догадываемся?
- Например?
- Например, почему ты оказался там, где оказался – в лесу? Да ещё неподалёку от Осинычевой избушки, а не, например, в Африке? Или в центре Нью-Йорка? Или ещё где? В джунглях?
- Я маршрут не выбирал. Со мной вообще разговаривали, как с холопом, удостоенным великой чести.
- Ну, хорошо. А по какому принципу ваши колдуны, то есть, пардон, волхвы выбирали место прибытия?
- Я же сказал, со мной не советовались. Да, скорее всего, они и сами толком не знали. «Мы сможем удержать путь…» - вот такой был ответ. А куда этот путь ведёт, не озаботились. Ладно, лесом кончился, а не окрестностями ожившего вулкана.
- Так, - Иннокентий снова поднёс чашку к губам, не заметив, что кофе в ней давно кончился. – Значит, лишь удержали путь?
- Уж, какие есть колдуны, – развёл руками Максим, - До большего могущества не доросли.
- Когда Магистр пересекает измерения, за ним действительно остаётся подобие инверсионного следа. Если тебя отправили по нему…Лес…Что Магистру делать в Заповедном лесу? Леший не любит гостей, особенно т а к и х. Если только человек ему не друг или знакомый…
- Могут у Осиныча быть друзья в Магистрате?
- В Магистрате – вряд ли, а вот среди Магистров есть.
- Не улавливаю разницы.
- Неужели Илья?
- Не понял.
- Да есть у нас общий друг и знакомый. И как раз Магистр. Но его сейчас нет в городе.
- А позвонить нельзя? Есть такая штука – телефон.
Иннокентий в ответ только грустно, как всегда, улыбнулся.
- Может быть, ты сам сможешь почувствовать свой артефакт?
- Как это?
- Ну, вы всё-таки части одного мира, одной реальности. Значит, между вами должна быть определённая связь.
Макс пожал плечами.
- Ничего я не чувствую.
Метрдотель подошёл к их столику.
- Счёт, пожалуйста, - и положил перед Иннокентием лист. Кеша пробежал по нему глазами, нахмурился. Потом достал из бумажника пластиковую карточку. Отдал управляющему.
- Сюда, Иннокентий Аристархович, - тот приоткрыл бархатный занавес и выпустил гостей в тёмный проём чёрного хода.
- Опять игры в шпионов? – пробурчал Макс.
- Нас нашли. Управляющий предупредил.
- Я не понимаю. Если организация могущественна, как ты говоришь, а мы…, я представляю опасность, почему такая бездарная охота? Один снайпер в квартире дома напротив твоего давно решил бы проблемы!
- Не знаю. Не считают нас серьёзными противниками, скорее всего.
- Они правы?
- Надеюсь, нет.
Быстро пройдя несколько переулков, они вышли к автостоянке, с другой стороны. Иннокентий осторожно выглянул из-за угла.
- Вроде тихо.
- Твоей машиной пользуется кто-то ещё? – вдруг спросил Макс?
- Нет, а что такое?
- Здесь кто-то был.
- Место общественное, - пожал плечами Иннокентий. – Тут много народа ходит.
- Кто-то открывал машину.
- Уверен?
- Да.
Иннокентий раздумывал ровно секунду.
- Пойдём-ка в метро. Да, и постарайся пока не разговаривать. На всякий случай. Может, они пеленгуют твой голос.
Перебежав обширную площадь, спустились в подземку. Людей было так много, что Макс утроил внимание, дабы бы не потерять в толпе спутника.
Несколько раз они переходили с одного направления на другое, меняли станции, то поднимались на эскалаторе, то опускались ниже и ниже. Здесь тоже бурлила жизнь. Кто-то куда-то спешил, люди ждали друг друга, встречались, торопливо сновали в разных направлениях, иногда останавливаясь у многочисленных лотков с газетами, сувенирами, прочей мелочью. Подходили и уезжали поезда…
Никто ни на кого не обращал внимания, хотя иные личности выглядели довольно экзотично, как, например, девушка с ярко-зелёными волосами. Ни на Иннокентия, ни, тем более, на Максима никто внимания не обращал. Одна женщина, когда Иннокентий на полном ходу столкнулся с её тележкой, в изумлении широко раскрыла глаза: «Гос-споди! Да куда ж ты прёшь, милый?! Расшибёшься!»
Потом, в вагоне пригородной электрички, предупреждая вопрос Макса, Иннокентий сказал: