— У-у-у, — в меня уткнулись носиком и засопели, — ты говоришь слишком смущающие вещи!
— Я стараюсь, — ухмыляюсь.
— Эй! — теперь там было возмущение. Вот так-то лучше.
— Но вернёмся к пицце и твоим дальнейшим намерениям, что мне очень импонируют, как насчёт того, чтобы просто заказать доставку и посидеть у тебя?
— Ну-у… — ох, вот это краска румянца, — наверное, можно…
— Ты ведь сейчас подумала о чём-то неприличном, да?
— Ч-что? Н-нет! К-конечно же нет! — а вот теперь точно подумала, хе-хе.
— Ага, конечно. Я тебе верю.
— Гр-р-р… — возмущённое вибрирование. — Пхи-и-ха, — переходящее в задорный смех.
— Ну вот и славненько.
Далее мы действительно просто направились домой к Чень, заказали пиццу, газировку, соков и немного алкоголя и хорошо провели время, просто болтая о всякой ерунде. И закончилось всё тем, что… мы три часа рубились на приставке в местный вариант «DOOM» для парного прохождения, в перерывах узнавая друг друга поближе. Я даже не заметил, когда это началось и кто был реальным инициатором, но… надо признать, поцелуи разгорячённой и «полностью живой» девушки серьёзно отличались от призрачных красоток. Это было ярче, горячее… во всех смыслах слова. Не скажу, что эльфиечки или диснеевские принцессы стали казаться суррогатом, но… чего-то им не хватало, того, что было в этой милой лоле. Или тут как раз всё дело в её миниатюрности? Ох, я падаю всё ниже и ниже. Или нет и, наоборот, «всплываю» из пучины извращений? Быть лоликонщиком — это же лучше, чем быть некрофилом, верно? Или нет? Нет, точно лучше! Это же не педофилия! Сто процентов не она! Хуа-Хуа — двадцать три! Она на пять лет старше моего нынешнего тела!
Осознание того, что я сам себя уговариваю, точь-в-точь как это было сразу после приобретения Лелианы и её сестрёнок-волшебниц, и чем это в итоге закончилось, настигло меня на середине очередного поцелуя, что очень уж бодро переходил из разряда «почти невинного» между «только начавшими встречаться молодыми людьми» в «страстно-развратный» с блужданием рук по телам друг друга и полным забиванием на окружающий мир. Происходящее на экране было полностью забыто, а мои пальцы уже разминали упругую попку девушки, мной же всего пару секунд назад подхваченной с места и усаженной сверху на себя.
— Прости… я переборщил, — с внутренним усилием оторвавшись от ротика малышки с розовыми волосами, подаюсь назад, снимая руки с её «запретной зоны».
— Не извиняйся, — сияя подёрнутыми счастливой пеленой зелёными глазами, Хуа-Хуа без капли сомнения подалась ближе, обхватывая меня руками за торс, — просто продолжай и не смей останавливаться…
— Ты уже так уверена? — не в силах противиться этому напору, невесомо касаюсь изящной спины.
— Я была уверена ещё до того, как пригласила тебя на свидание сразу после того Подземелья, — шёпотом ответили мне в плечо, — а когда ты согласился, когда относился ко мне как к взрослой и когда потом вернулся… Ты не представляешь, как долго я мечтала о таком. Поэтому… поэтому, если я тебе нравлюсь, можешь делать со мной что хочешь.
— … Хорошо, — выдохнул я, признавая полную капитуляцию, и, вновь спустив руки ниже, нежно поцеловал её в шейку…
Глава 27
Воскресное утро началось у меня с шевеления под рукой. Очень приятного шевеления очень приятной особы.
— М-м-м? — я приоткрыл глаз. — Куда это мы собираемся так скрытно и осторожно? Доброе утро, кстати.
— Доброе, — девушка довольно улыбнулась, а потом смущённо зарделась… — Ну… я хотела приготовить тебе завтрак.
— А разве это не обязанность мужчины — приносить кофе в постель, тем более после бурной ночи? — я, не скрываясь, любовался впавшей в приступ скромности девушкой. Хотя этой ночью она была куда как смелее, а за этим её «делай со мной что хочешь» скрывалась развратная суть дорвавшегося до «сладенького» гика. Не то чтобы я возражал, но эта робость сейчас смотрелась несколько странно, хоть и чертовски мило.
— Альберт! — смесь возмущения и стыда. — Я… я просто хочу о тебе позаботиться… — она отвернулась и стала смущённо тыкать пальчиками. С учётом того, что одета Хуа-Хуа была только в тонкую простынку, что выполняла роль одеяла, смотрелось это настолько интересно, что я ощутил в себе позыв немедленно продолжить то, что мы начали вчера…
— М-м-м, спасибо, — я сгрёб в охапку эту прелесть и поцеловал в основание шейки, — но сейчас я не хочу ничего больше, чем сам позаботиться о тебе. Разрешишь… — по нежной коже девушки пробегает кончик моего языка, вызывая мгновенное появление на той очаровательных мурашек, — мне… — новый поцелуй куда-то в основание подбородка, — побыть… — отстраняюсь, так, чтобы наши глаза оказались на одном уровне, — джентльменом?