— Кхм…
— Джин-А, — осадила дочку матрона семейства, — твои вопросы и действия очень некультурные! — вот точно кто-то получит по ушам. Как пить дать.
— Молчу-молчу, — приуныла девушка, правда, из захвата мою руку не выпускала. — Но я действительно хочу узнать побольше о человеке, что так помог нашей семье, — но отступать девица тоже не намеревалась.
— Ладно, но давай всё-таки без столь… личных тем, согласись, задай я вопрос, какие парни тебе нравятся, это было бы очень смущающе.
— Я бы ответила, что добрые высокие брюнеты с классной фигурой… — на голубом глазу выдала боевая сестрёнка.
— Как твой братик? — попытался я свести всё это дело не то чтобы к шутке, но в сторону.
— Хм… — бедного Джин-Ву окинули таким оценивающим взглядом, что просто ух… — Ну, после того, как он начал свои тренировки, он действительно стал выглядеть получше. Ха, готова поспорить, что половина моих подруг не отказалась бы узнать его номер телефона! — и улыбка от уха до уха. Коварная такая. С ехидцей и обещанием кому-то кучи подколок на эту тему.
— Кха… ых… — а ведь парень в этот момент как раз отпивал вино, не то чтобы его мог пронять алкоголь, но просто сам процесс поглощения жидкости несколько успокаивал. Кажется, я как-то натыкался на статью, где научно доказывалось, что человек не может одновременно паниковать и кушать, а потому в стрессовой ситуации что-то зажевать или пить — самое то. Вот только есть один небольшой нюанс — когда уровень «агрессивности» обстановки резко повышается, можно случайно и подавиться. И, разумеется, это не осталось незамеченным для бестии, до этого прикидывавшейся тихой скромной девочкой.
— Что скажешь? Познакомить тебя с парочкой симпатичных школьниц?
— У меня вообще-то есть девушка! — не выдержал давления парень.
— Правда? — похлопала глазками сестрёнка. — Ты не врёшь⁈
— О, значит, у вас таки пошло продвижение с Чжу-Хи?
— Эй, почему твой друг знает о твоей личной жизни больше, чем твоя сестра и мама? — возмутилась Джин-А.
— Потому, — назидательно поднял палец Охотник, — что есть вещи, которые парни могут обсудить друг с другом, но никак не с сёстрами!
— Аминь! — я плеснул нам в бокалы, и мы, отсалютовав друг другу, опустошили ёмкости.
— Да ну вас, — притворно надулась Джин-А.
Впрочем, надолго её надутости не хватило — девушка действительно испытывала ко мне некоторый интерес и очень хотела узнать об объекте этого интереса побольше. А потому расспросы продолжились, особенно после тортика, от которого настроение в самом деле резко поднялось, хотя там, возможно, был замешан просто замечательный вкус свежайшего кондитерского изделия. Впрочем, я бы не стал зарекаться, потому как ма-а-аленькую капельку маны я в нём чувствовал, почти на самой грани восприятия, но что-то в нём было, хоть и непонятно что. В любом случае вопросы продолжились, пусть теперь они касались любимых блюд, напитков… в общем, создавалось ощущение, что обо мне тщательно собирают информацию для… Вот дальше начиналась неопределённость. Любопытства? Составления «плана действий по завоеванию»? Общей оценки? Хрен его знает. Женщину так просто не поймёшь.
Тем не менее общая атмосфера застолья и настрой семейства по отношению ко мне мне понравились. Пусть Пак Кён-Хе особо в разговор не лезла и даже порой одёргивала дочь, весь мой опыт отношений в Корее и инстинкты подсказывали, что в целом она очень даже не против, если у друга её сына что-то получится с её дочерью. Тем более что я уже успел заработать некоторую положительную репутацию в её глазах. Тц, как же напряжно. Впрочем, дальше негласного разрешения Джин-А действовать несколько за рамками допустимого общими приличиями дело не зашло, а через пару часов нас с юным Охотником (хотя он тоже слушал выпытываемые факты обо мне с большим вниманием) и вовсе спас звонок того, про кого мы не то чтобы уже совсем забыли, но вот конкретно сейчас точно не вспоминали. Звонил тот самый мажор, Ю Джин-Хо, коего спас мой приятель в своём последнем рейде, и просил подойти нас (точнее, Джин-Ву) в ближайшее к их дому кафе. В общем, у нас появился легальный повод покинуть гостеприимную семью и не в меру расшалившуюся сестрёнку. Кстати об этом.
— Хён-ним, прости поведение сестры, — стоило нам покинуть дом, как парень начал гнуть спину.
— О Пресвятой Макаронный Монстр, он опять! — я возвёл очи к небу. — Просто «Альберт» будет вполне достаточно. И я уж точно не сержусь на вашу семью или Джин-А, по мне, так это было довольно мило. Особенно ваши «разборки». Сила Младшей Сестрёнки впечатляет.