И вот мы идём по левой пещере. Сначала всё было очень неплохо. Три десятка «Иссушённых рыцарей» вызывали только раздражение, равно как и поддерживающие их культисты с некромантами и их призывами мертвецов, однако системный данж напомнил, что он любит и умеет неприятно удивлять, а я запоздало сообразил, что в Курганах Иглошкурых (на которые окончательно стали похожи эти могильники, когда по стенам коридора заструилась знакомая шипастая лоза) обитают не только разной степени «живости» свинки, но и кое-кто ещё.
Присутствие врагов я чувствовал ещё на подходе — множество источников маны, как сильных (на уровне толстого А-ранга), так и не очень (чуть ли не средненькие С-классы), но это было привычно, даже тот факт, что С-классов мы до сих пор не встречали, меня не насторожил, всё-таки местные скелетики были действительно слабенькими для нашего уровня, так что подсознание тут же списало такие «засветки» на них. Шли мы как обычно: сами в центре каре, окружённые магами и целителями, впереди отдельный отряд авангарда из тяжёлых бойцов, где всем рулили Аббендис и Игрис, сзади арьергард, состоящий преимущественно из поднятых уже в этом данже свинок. Всё чётко, всё надёжно, всё замечательно. Когда ворвавшийся в новый широкий зал авангард начал обильно поставлять сообщения [Получен «опыт».], тоже ничего не предвещало — ощущаемые мной впереди вражеские «засветки» маны стремительно сокращались, причём сокращались наиболее сильные, что тоже успокаивало и настраивало на расслабляющий лад, а потом…
Атака оказалась внезапной — следуя за авангардом штурмовиков, мы вошли в широкую подземную полость, имеющую почти правильную квадратную форму, пол устилали трупы поросей и истлевших скелетов, Игрис с Аббендис добивали остатки сопротивления у противоположной стены, уже буквально выбив поросей в тоннель, что выходил из этой пещеры, и единственное, что чуть царапнуло сознание, это то, что источники чужой маны были не только за рядами авангарда, но и в самой пещере. Однако полноценно вникнуть в данный факт я уже не успел — пришлось резко дёргаться в сторону и разрубать упавшего на меня сверху гигантского паука, чьё тело уже после разделения на две неравные части проявилось в видимом спектре, с хорошо знакомыми переливами магии выходя из «Маскировки».
И тут завертелось!
Во-первых, пауком оказался не совсем паук, а самый настоящий варкрафтовский неруб, во-вторых, с падением «Маскировки» то, что раньше ощущалось средним С-рангом, резко вышло на «излучение» вполне толстого А-шки, что подтвердилось и подписью [Неруб Ур. 65] [Ранг: Элитный] над его головой, а в-третьих, этих тварей было добрых пять десятков! Последующие события показали, что арахниды, в дополнение к «Маскировке», спрятались в трещинах и складках породы на потолке, вполне целенаправленно готовя засаду на нас с Джин-Ву, для чего и пропустили авангард, безнаказанно вырезавший наземную пехоту свинолюдов. Размером они были метра в два с небольшим, это если от брюшка до головы, а ещё у них было восемь лапок — шесть двухметровых, на которых они передвигались, и ещё две поменьше, выполняющие роль рук. Тело изогнуто на манер кентавра, рот венчают огромные жвала, восемь глаз… и возможность плевать паутиной!
Упав сверху, эта толпа тяжёлых, покрытых прочным хитином туш просто раздавила добрую половину окружающих нас призрачных и теневых солдат, особенно сильно ударив по небронированным кастерам, тела которых своими ногами прошивали насквозь. И сразу же плюнули. Как в нас с Джин-Ву, так и в оставшихся наших защитников. От части зарядов удалось увернуться, один залп, принятый на клинок, превратил его в аналог палочки для сладкой ваты с такой же полезностью и удобностью в бою, вот только даже так уйти от встречи со всеми плевками у меня не удалось, потому как лично в меня плевало что-то около дюжины тварей со всех сторон разом. Паутина мгновенно охватывала конечности, липла к одежде, прикрепляла к полу, замедляла, а паукам только это и нужно было — следом за первым пошёл второй залп, окончательно превращая меня в кокон, залепляя глаза и рот. Это было мерзко, по-настоящему мерзко. Возможно, ещё это должно было быть страшно, ну там, темнота, удушье, невозможность пошевелиться (если сначала моей [Силы], тем более с баффом, хватало, чтобы рвать шёлковые нити, то спустя буквально несколько секунд это изменилось. Судя по злому мычанию, что я услышал неподалёку, у Джин-Ву были примерно те же самые проблемы), вот только испугаться я не успел. Включились рефлексы, инстинкты, привычка — и, едва поняв, что грубой силой тут ничего не сделать, я зажёг в руке пламя. И не только в руке. В критической ситуации учишься очень быстро, так что «Огненный щит» сам не заметил, как превратился в аналог костра, окружившего всё моё тело.