Глава 5
В то время, пока я лечился, два моих просвечивающих духа-фантома молча стояли рядом, а стоило перевести взгляд на заваленный трупами пол, как в глазах начало рябить от различных табличек. Тела можно было использовать для способности, всё оружие, судя по всему, поднять и использовать-продать, но были и выделяющиеся из этого ряда окошки. Потратив несколько минут на осмотр и сбор всего, типа, ценного, я стал счастливым обладателем уже двадцати четырёх дубин разной формы и степени грязности. Были среди них и такие, где к палке привязывался камень, и костяные, формой близкие к топорику, и даже сломанные, которые я разбил в бою ударом лома. Тем не менее даже на сломанных была подпись, что их можно продать, и цена в «1 ОВ». Помимо оружия, выпали пара мелких зелёных камушков с разводами, подписанных «Малахиты», стоимостью в 5 ОВ каждый, а также два малых зелья восстановления — самых ценных трофея. Зелья нашлись на телах шаманов, а кто там были те, у кого за пазухой лежали малахиты, я уже не очень разглядывал. Куча трупов в натёкшей крови, с открытыми переломами, а то и прям оторванными частями тела, над которыми стоит едва слышимый, но реально существующий потусторонний многоголосый стон боли, была тем ещё зрелищем. И хотя меня, странным образом, совершенно не тянуло от него блевануть, как не тянуло и от прошлых трупов, но вид всё равно не настраивал на желание в себе покопаться.
И, казалось бы, сбор трофеев завершён, но тут передо мной возникла одна проблемка: маны уже осталось всего 36 единиц, и я даже на то, чтобы спрятать трофейные зелья в [Инвентарь], её тратить не спешил, распихав те просто по карманам, попытка же убрать всё оружие просто оставит меня без энергии на лечение моих призраков. И магазин до сих пор не вызывался, я всё ещё был недостаточного уровня, как любезно подсказывали системные сообщения.
Идей не было, так что, свалив все габаритные трофеи в кучу, я двинулся дальше — в пещеру стойбища. Тут было пусто, только всякие ровные обломки камня с валяющимся поверх них скарбом и сваленные на земле тряпки создавали видимость места для жизни. В эту копилку явно входили и три здоровенных окорока на одном из каменных «столов». Как человек, уже неделю питающийся по принципу «чего подешевле» и «лишь бы живот забить», не обратить внимания на три шикарных зажаренных куска мяса я физически не мог. Конечно, после недавней бойни и общего вида местных жителей про наличие аппетита говорить не стоило, да и были у меня изрядные сомнения в том, «что» можно найти у тех в рационе, но я подошёл. Лучше было удостовериться, чем потом себя истязать голодными рабочими ночами, что прошляпил, считай, пятнадцать кило мяса. Скорее всего, мои действия были не очень адекватны в ракурсе того, где я находился и для чего, но я всё равно осматривал стоянку.
В первые моменты Система никак не реагировала и не подсвечивала обнаруженное продовольствие, и только когда я склонился поближе, желая рассмотреть хоть что-нибудь, что позволит определить, кем были сии окорока до разделки (заодно убеждаясь, что пахнут они очень даже натурально, хоть никаких специй в запахе жареного мяса и не чувствовалось), над ними проявились прямоугольнички табличек:
[Кабаний окорок]
Класс: F
Тип: Пища
Обжаренное на открытом огне мясо дикого кабана.
Можно хранить в инвентаре и употреблять в пищу.
Цена в системном магазине: Нет
Внимательно перечитав все три сообщения, так сказать, в целях избежания разночтений в видовой принадлежности убиенных, я понял, что вот эти штучки убрать в [Инвентарь] хочу (и даже сделаю). Пусть сейчас я есть не хотел, но слишком уж меня задолбала жизнь от зарплаты до зарплаты, где почти вся эта зарплата только на трёхразовое питание и уходит, и даже без шансов найти в холодильнике вчерашний рис, ибо «семейство» сгрызает всё подчистую мгновенно. А здесь было килограммов десять, а то и двадцать, не знаю, насколько натурального, но мяса кабана! Дичи! Надо будет, конечно, поставить эксперимент на какой-нибудь кошечке-собачке, но если эксперимент пройдёт удачно, эти три окорока мне сделают три дня экономии, а мне нужна экономия — у меня вся одежда, считай, испорчена напрочь, а из запасной — только футболка да трусы.