— С возвращением, — улыбнулась Пак Кён-Хе и вцепилась в своего мужа, крепко зажмурившись, чтобы не дать волю слезам… Ага, от кого коалы в роду семейства Сон теперь понятно.
— Кхм… — так, кажется, теперь бочком-бочком удаляться и давать побыть наедине нужно всей нашей честной компании.
— Знаете, — когда мы покинули родителей Великого Нагибатора и вышли на балкон, произнёс я, — за сегодняшний день я испытал чувства неловкости больше, чем за весь прошедший год.
— Согласен, — кивнул Джин-Ву, — но… эта неловкость по хорошему поводу.
— Ага, — довольно покивала Джин-А. — Но что-то мне подсказывает, что «семейный ужин» откладывается. Маме и папе нужно о много поговорить… И, раз так, кто-нибудь может мне всё-таки объяснить, как вы его нашли и что вообще происходит? — ох уж это женское любопытство… Но, любопытно сверкающая глазками красавица нравилась мне куда больше, чем она же, заплаканная. Пусть даже то были и слёзы радости.
В итоге, рассказ занял добрых два часа. Мы ничего не скрывали и не пытались приукрасить, да и зачем? Ну а по завершению, когда на улице уже во всю царствовала ночь, дверь на балкон семейства Сон распахнулась и нас пригласили войти. Очевидно, муж с женой смогли «в первом приближении» обсудить его долгое отсутствие и чудесное возвращение. И потому, ужин всё-таки состоялся. Хотя и выглядело это… немного странно.
— Значит, ты встречаешься с эм… мистером Вескером? — с большой долей неловкости начал почтенный отец семейства.
— Да! — довольно покивала девушка, — это было непросто, но я смогла… — тут явно планировалось что-то вроде «выбить себе место в его гареме», но Младшая Сестрёнка Боженьки была прошарена и предусмотрительна. Она не собиралась доводить свежеобретённого родителя до инфаркта такими откровениями, а потому, как ни в чем не бывало, продолжила, — добиться того, чтобы он обратил на меня своё внимание!
— Ты полгода его преследовала, — «сдал» сестру коварный брат. Чую, он решил, что время Священной Мести настало!
— Эй! Никого я не преследовала! И вообще, ты сам нас познакомил! Кстати, спасибо!
— Там, кажется, всё было несколько иначе… а, впрочем, ладно, — отмахнулся Джин-Ву. — Но как кошка на ломоть рыбы ты на него облизывалась сразу!.. Как он кошку нам и принёс!
— Так! Мурочку нашу не обижай! — прилетело ему от сестры. — А я — взрослая женщина, на кого хочу на того и облизываюсь! И вообще, кто ты говорил! Ты знаешь, что с Хан Сон-Ай сделал своим экстремальным свиданием в том Подземелье⁈ Она же теперь на других мужчин вообще смотреть не может! Всё твои фотки клянчит!
— ЧТО⁈ — ошарашенно хлопнул глазами мой друг, который точно был не в курсе о таких раскладах.
— То-то! Я уже молчу о том, что ты там в Америке натворил! Почему это, интересно знать, мне пишет Ю Су-Хён и тоже хочет твоих фоточек, а? Знаешь какие ей больше всего интересны?
— НЕТ! И знать не хочу!
— А по глазам вижу, что знаешь! — заплясали во взоре Джин-А бесенята.
— Дети, — мягко улыбнулась Пак Кён-Хе, смотря на своих отпрысков с той любовью и заботой, с какой смотреть может только мать.
— Как же много я пропустил, — улыбка была и на губах Сон Иль-Хван, только печальная.
— Ничего, ещё наверстаешь, — подбодрил родителя Джин-Ву.
— Ага, на внуках! — не преминула вставить шпильку Джин-А. — Как там у вас, кстати, с Джу Хи? — и коварно вновь перевела фокус разговора на амурные дела брата. Чисто на всякий случай и подальше от темы гарема, да.
В общем, постепенно, лёд отчуждения ломался. Разумеется, за один вечер нельзя нагнать десять лет отсутствия, но… Сон Иль-Хван не был отвергнут семьей Сон, всё остальное… постепенно наладится. Что же касалось «деловых разговоров» и «стратегических совещаний», пусть время и утекало, но его было не настолько мало, чтобы не отложить вопрос на пар-тройку дней и дать мужику, что не видел семью десять лет, насладиться воссоединением. В итоге, в разговоре «ни о чём и обо всем», народ просидел до рассвета, пока Пак Кён-Хе, что оставалась простым человеком не начала откровенно засыпать на ходу. Это и послужило сигналом сворачиваться. Нам с Джин-Ву нужно было возвращаться на конференцию и поприсутствовать на её закрытии, Джин-А тоже нашла повод отлучиться, в общем, по молчаливой договорённости, мы оставили родителей брата с сестрой наедине. Что же, хорошая ночь. Надеюсь, похожих будет ещё много…
Глава 74
Завершение конференции омрачилось подтверждением гибели сильнейшего бразильского Охотника Джонаса Лима, что до нашего с Джин-Ву появления занимал шестое место в мировом рейтинге Охотников. Знакомые потеряли с ним связь ещё до начала Международной конференции гильдий, но теперь правительство Бразилии и сама делегация этой страны подтвердили его смерть: после нескольких дней поисков жестоко растерзанное тело Джонаса нашли в реке, что могло означать лишь одно — Монархи и до него добрались. На этом фоне тема того, что у нас намечается аж девять Суперврат запредельного масштаба, народ напрягла ещё сильнее, но это напряжение было полезным: в кои-то веки все начали думать и напрягать булки в сторону «как бы в этом пиздеце выжить», а не «урвать себе копеечку и не допустить до кормушки никого лишнего». Так что удалось согласовать и совместные действия, и систему оповещения, ну и кулуарно договориться о более плотном сотрудничестве. Да-да, тот самый момент, когда прошаренный китаец-культиватор вновь доказывает, что в душе он коммунист и за соединение пролетариев всех стран. Кхм… В смысле, вот вообще не возражает, если, кроме него, врага, лезущего из перекачанных S-ранговых Врат, будет встречать ещё кто-то другой, да ещё и бесплатно. Да даже если и не бесплатно… Кхм…