— Я только за. Из меня стрелок не самый лучший, но у нас на Земле, если ты не любишь огнестрел, ты как бы и не мужик вовсе.
— Хм. Как любовь к оружию, даже стреляющему, может быть связана с гендерной сегрегацией?
— Да не… ай, ну тебя в баню, Шор. Неважно. Что мы там ещё подрезали?
— Зелья. Аптечка уцелела. Отдал альве на опознание. Может, и будет толк.
Альва появилась из темноты бесшумно, как будто просто ещё одна тень от костра решила погулять.
— Илия. Я хотела поговорить об аскорах, что мы сегодня добыли.
— Да, я весь внимание. Но сперва: что там с зельями?
Она почти по-человечески вздохнула.
— Пойми, Илия. Здесь не работает ваша человековская присказка «ты ж маг». Я разбираюсь в алхимии весьма поверхностно. Цвергские руны не читаю. Там есть довольно большая группа пузырьков — я думаю, зелье неутомимости. Цверги его часто используют. Остальное… я пока не разобралась. Думаю, Шайя в этом вопросе будет полезнее.
— Она вообще в алхимии не бум-бум, — огорчённо сказал я.
— Ты не прав. Запах. Каждое зелье пахнет по-своему. Если она уже сталкивалась с таким, она может определить действие исключительно по запаху. Вообще-то мы не особо торопимся. Вряд ли нам предстоят такие же пертурбации, как с бодаком, в ближайшее время. А в Рубежном хусгейра сможет определить, что за зелья.
— Хус чего?
— Хозяйка судьбы. Мимо её дома даже пройти страшно. Само пространство там служит ей. Я давно не встречала таких сильных вельд. Так всё же. Аскоры.
— Давай ты сразу скажешь, зачем они тебе понадобились. А то по одному слову сложно догадаться, что ты задумала.
— Эти камни — часть духа некротвари. Я хочу скормить их Атуро, — и она погладила посох. — И он совсем не против.
— Ну так в чем проблема? — Шор засвистел, и я заткнулся.
— Это имущество команды, Илья. Нужно понять хотя бы примерную стоимость. Это аскоры. Они не бывают дешёвыми! Просто «скормить» их посоху… что это вообще значит, женщина?
— Посох получит это свойство, как человек. Твой главный воин прав, Илия: надо оценить камни. Отдай их мне, и я поведаю вам об их сути.
— Что-то предыдущие ты определить не смогла, — Шор говорил отрывисто, с присвистыванием.
— Всё так. Не напрягайся, воин. Просто об этих мне расскажет Атуро. Да, мой хороший?
И она снова погладила посох, как дорогого друга.
Глава 17
Каждый охотник желает…
Шайя очнулась поздно ночью.
Я всё это время просидел рядом, катая в голове всякие странные мысли. Жутковатый симбиоз вышел у нашей альвы и посоха некроманта. Боевой мощи у неё явно прибавилось. По сути, мы бойню с бодаком только благодаря ей и вывезли. Вернее, довольно легко отделались. Но вот это её «мой милый»… как будто она и вправду с ним говорит. Или он с ней. Не принципиально. И как изменился её голос, когда она выкрикивала заклятия. Это что вообще? Там что, демон какой-нибудь сидит? Надеюсь, она знает, что делает. Не хватало нам только одержимой альвы в спутниках. Здесь мысль прервалась.
Шайя вдруг громко взвизгнула, мотанула всеми конечностями и открыла глаза.
— Ну отлично, — сказал я. — Я уже волноваться начал. Мы тебе банку зелья скормили, а ты всё никак не очнёшься. Как ты?
Ликанка уселась, отпихнув в сторону пускающую на неё слюни Шерочку, покрутила головой. Провела руками по рёбрам, будто пересчитывая их, и наконец соизволила ответить:
— Жр-рать хочу. Звер-рски. Чувствую, что целого лося могу съесть!
Я расслабился. Моя девочка. Раз просит жрать, значит, всё нормально. Этот момент мы предусмотрели. Я ещё помнил рекомендации доктора Рио с Ярмарки и огромной бадьёй мяса озаботился заранее.
— Уже ночь? Сколько я валялась, как беспомощный щенок?
— Часов шесть-семь. Тебя эта тварь насквозь пробила. Вот твоя порция, угощайся.
Здесь наша беседа прервалась по естественным причинам. Я смотрел, как ликанка в брызгах жира и облаке летящих во все стороны ошмётков уничтожает примерно три килограмма мяса. И умилялся. Кушай, моя девонька. Вон какой хороший аппетит у неё. Боюсь признаться даже себе, но к нашей мохнатой шаманке я привязался. Она, несмотря на усы, лапы и уши, а также повышенную волосатость, была человечней многих знакомых мне людей. И, кроме того, вызывала у меня доверие. Даже от Шора я… не ждал подвоха, но до конца не верил, что он за достаточно небольшие деньги потащился с едва знакомым мужиком на край Зыби по позыву бродяжьей души. Подозревал я у него какой-то скрытый мотив. А вот мотивы Шайи были прозрачны, как слеза младенца.