Убедившись, что альву уже не видно, я спросил:
— Слушай, а вот ты про долг жизни говорила. И Рада на меня что-то такое повесить пыталась. Ну, мы же эту принцессу от смерти лютой спасли. Или нет такого красивого народного обычая у альвов?
— Почему нет, есть. Но любые р-расы для альва — низшие, появившиеся на свет, чтобы служить. Долг жизни перед животным? Нет, Илья. Она не чувствует себя обязанной нам. Она думает, как нас тепер-рь использовать.
— Тоже считаешь, что нужно было её кончать?
— Если бы я так считала, Илья, я не стала бы доставать стр-релу и её пер-ревязывать. Мы с альвами давно живём бок о бок. Они плохие соседи. Но отличные союзники. А ещё лучше них в магии не р-разбирается никто. А тебе это нужно же?
— Нужно, конечно. Но ты же видишь, какой невменоз она демонстрирует. Её так прирежет кто-то из наших до завтра ещё. И мне и возразить-то будет нечего. Кстати, что за трава-мурава «красная смерть»? Ты правда что-то ей подсадила?
— Нет, конечно, — Шайя тонко рыкнула. — Откуда у меня редчайшее р-растение Варницкой Пущи? Но она-то не знает об этом. И пр-роверить никак не может. Так что меня она тепер-рь доставать не станет. Она сейчас вер-рнётся, и ты удивишься. Увер-рена, она сейчас медитирует в Шен-ти-лай, — увидев мой недоуменный взгляд, она пояснила: — Техника р-работы с сознанием. Тебе бы очень пр-ригодилась. Но альвы ей ни с кем не делятся. Чер-рез полчаса ты её не узнаешь. Альвы очень кр-руто умеют адаптир-роваться. А ещё у них полно менталистов. У этой желание выжить выше расовой спеси, иначе она не пр-рекратила бы атаку после моей пощёчины. Но манипулировать нами в своих интер-ресах она не пер-рестанет, даже не думай.
Ого. Шайя, оказывается, не просто психанула. Она эту альву прокачивала. Что я там говорил? Что Шайя здесь самая простая среди остальных? Потор-ропился с выводами.
Здесь, похоже, один я простой. Но, если честно, вот сравнить мою жизнь до портала и сейчас… Мои прошлые проблемы кажутся мелкими неурядицами. Я вспомнил здоровенный портал в небе и вздрогнул. Здесь всё как-то помасштабнее выходит. Я уже наполеоновских планов понастроил. Там, у себя, я о таком даже думать не мог.
Но я всё равно хочу домой. И кофе. Зир хорош но… не то.
Ребята вернулись раньше альвы. Шор бросил тело Шёпота, которое тащил за ноги, и схватился за рукоять меча:
— Вы что, отпустили её? Совсем с ума сошли?
— Тихо ты, пр-редставитель р-развитой цивилизации, — насмешливо ответила Шайя. — Недалеко она. Сидит на камушке, как жить дальше думает. Шер-рочка следит.
— Ну чего? Нашли металлолом? Тот, о котором вы говорили? — перевёл я разговор на другую тему.
— Да откуда мне знать, Илья, — Шор как раздул капюшон, так и не опускал. — Я в жизни живой металл в руках не держал. Но кости подозрительно целые. Может, и он. А может, наш ксар бредит. Как обычно.
— Эй, гля ты, Шор! Попрошу без дракских инсинуаций. Я поболее тебя видел в жизни-та! Глаз-алмаз! Летаю-зырю везде, понял! Говорю, дело верное. Можешь в анклав свой задрипанный возвращаться и купить половину вместе с населением, гля чо!
Шор посмотрел на Морта с раздражением. Странно. Обычно он на ксара не реагировал вовсе. Или реагировал спокойно. Даже не бросил в него ничем ни разу.
— Шёпота как нашли? — спросил я.
— Морт нашёл, — ответил Ингвар. — Реально глаз-алмаз. Достали крюком его из ямы. Да вот одна загвоздка. Он не мертвый. Вернее, мертвый, но шевелится. Короче, мы его добить не смогли. Твой молоток его не взял.
— А пушка Шоровская на что? — охренеть, они проблему притащили.
— Пять серебра на ветер! Нас ждёт нищета с такими замашками, платить-разорять! Нечего на всякую падаль заряды тратить. Плевки мои ему тоже похеру, если хочешь знать. Тело заклято у засранца, рубить-ломать!
— Дайте я вслух это скажу. Вы вытащили это чудовище из ямы. Не смогли добить. И принесли сюда. Вы долбанутые?
— А ты сам попробуй, умник, забодай меня коза! — Ингвар протянул мне мой молот.
— Я те так скажу, Илья, без пользы. Скорее молот сломаешь. Тута твоя Погибель нужна, гля чо. Бей в башку и в грудак. Должно помочь. Тока учти: он тебя запомнит, мстить-убивать.
— Что значит «запомнит»?
— Ну… их нельзя убить, копать-хоронить. Он, кароч, в своей сраной гробнице затем новое тело получит. И херакс! Как новенький, гля чо.
— В какой гробнице, нахрен? В другом мире? — нет, я с ними точно с ума сойду.
— Не, ты чо. Откуда-то же он пришёл со своими низшими, бродить-скитаться. Вон там гробница и есть. Гробниц в Межмирье с Войн Мертвых осталось ещё как говна в огороде. Дрейфуют, гля. Не все еще альвы разорили.