Бац! Бац!
Мы с Шором выстрелили практически одновременно. Я красным патроном, он надрезанной пулей.
На груди крупного мужика, одетого в добротные доспехи, расцвёл огненный цветок. Он заорал благим матом и покатился кубарем.
Второго, в которого попал Шор, снесло с ног и впечатало в борт фургона.
Защёлкали тетивы арбалетов. Наверное, в кого-то наши стрелки попадали.
Но наёмники, несмотря на потери, неслись вперёд стальной волной.
Я сделал оставшиеся четыре выстрела. Кажется, попал всеми, но уже не успевал отслеживать результат. Просто быстро отстрелялся куда-то в ростовые силуэты. Полуавтоматика, даже такая топорная, рулит!
Лязгающая железом и истошно орущая толпа врагов были уже в нескольких метрах от наших хлипких импровизированных заграждений.
Пришла пора перейти в рукопашную.
Я раскрыл баклер и подхватил с темляка Погибель. Вспомнилось откуда-то: «На погибель ссукинсынам!» С этим воплем я и прыгнул вперёд, тупо сбивая с ног первого противника.
Второму я от души прописал Погибелью по кумполу.
На рефлексах отбил удар сбоку баклером, отхватил увесистую плюху в бочину.
Впрочем, моего обидчика тут же располосовал выскочивший сбоку Шор.
В начавшейся свалке было не до уроков дракса и не до фехтования. Я, яростно рыча, наносил и получал удары, которые сыпались на меня, казалось, со всех сторон. Слишком много наёмников до нас добежало. Я полностью потерял из вида союзников и перестал контролировать ситуацию. Оставалось надеяться на крепость доспехов и рассчитывать на убойность собственных ударов.
Свет над фургонами мигнул и погас.
Вокруг слышались маты, предсмертные хрипы, звон стали о сталь.
Пахло убоиной и дерьмом.
Я лупил врагов булавой, расчищая пространство вокруг себя. С моим весом, и силой второго удара чаще всего не требовалось, я почти каждой атакой выводил кого-то из строя.
Очередной удар откуда-то сбоку сдвинул шлем, частично перекрыв мне обзор. Я ответил с разворота почти вслепую. Попал, но сам не удержался на ногах, споткнувшись о чье-то тело, рухнул под ноги сражающимся.
Глава 25
Ритуал
Мне наступили на руку.
Затем по спине прилетел тяжёлый удар.
Следующий — ногой по голове! Ремешок шлема лопнул.
Я наконец изловчился, откатился немного в сторону, вскочил, стряхивая дурацкий шлем и дико озираясь.
Кому вломить? Где цели?
А всё закончилось. На земле вповалку лежали тела. Кровь в ночном зрении — чёрная на чёрном, пятнала камни и доспехи. Кто-то ещё шевелился и стонал, кто-то ругался.
Неподалёку от меня, на коленях, закинув руки за голову, стояло пятеро наёмников, на которых направили пики охранники Зигмунта.
Адреналин всё ещё бил по всем органам чувств, требовал выхода. Стучал молотками в виски. Я с усилием опустил Погибель и сложил баклер. Бегло осмотрел себя. Куча вмятин на пластинах. На боку болтается кусок брони, срезанный подчистую. Стою вроде ровно, значит, позвоночник цел. Кажется, доспехи спасли.
Спасибо Шору ещё раз за совет. С прежней амуницией я был бы серьёзно ранен, как минимум.
— Команда, перекличка, — хрипло просипел я. — Кто ранен?
Ничего себе, я успел за пару минут боя себе голос сорвать.
— Жива, не ранена, Илия, — Айвена.
— Всё хор-рошо. Несколько цар-рапин. Звер-рье тоже цело, шкур-ра зарастёт, — рыкнула Шайя.
— Статус норма, — слева возник Шор. — Мы потеряли троих. Один убит, двое ранены. Скорее всего выживут. Ребята из команды Красавчика очень помогли.
— Свою жопу спасаем, ящерица, — у говорящего отсутствовало левое ухо и почти половина лица.
Наверное, это и есть Красавчик. Откуда он появился? Я не заметил.
— Значит так. Зигмунт, — я обратился к главе «нашего» каравана, напялившего на пузо кольчугу и вооружённого алебардой. — Сдавшихся и раненых наёмников раздеть, упаковать так, чтобы шевельнуться не могли. И приставить пару парней. Если придут их отбивать, просто добейте их. Нам не нужны в тылу неожиданности. Как закончите здесь, бегите к воротам.
— Хорошо, Муромец. Сделаем, — он, слегка прихрамывая, отправился к своим.
— Красавчик. Спасибо за помощь. Ходу к воротам. Вторая команда подойдёт?
— Должны. Наше подворье просто рядышком, они подалее живут. Ксар ваш у них был, вроде они обещались прийти.
— Хорошо. Двигаем к воротам. Мы здесь нашумели на весь посёлок. Сейчас полезут, думаю.