Семь цепей из живого серебра запирали их. Семь замков в виде разноцветных драконьих голов скалились мне в лицо.
А из-за врат сочилась такая знакомая ярость. Животное чувство ненависти. Звериная злоба, заключённая во тьме внешней.
И в этот раз я отчётливо понимал, что это не моя злость. Она сочилась в щели между створками, проникала через преграду, клубилась удушающим туманом вокруг меня. Ярость существа, всё ещё находящегося по ту сторону врат.
Я заорал во всю глотку и усилием воли стряхнул разъедающее мою суть фиолетовое свечение. Во все стороны полетели сгустки пурпурной субстанции, проедая каверны в высящихся надо мной вратах. Один сгусток попал на нижнюю цепь, и замок с чёрной драконьей головой рассыпался в пыль. Цепи бессильно повисли, звеня по окантовке.
Из-под павшей преграды ко мне рванулись гибкие тени. Они кружили вокруг меня. Пространство наполнилось шёпотом: «Ты наш… это конец пути… твой жалкий разум слаб… хочешь силы — пусти нас… на колени, ничтожество… пади ниц перед владычицей бездны… ты обречён, человечек… просто впусти… прими этот дар, сам ты никто…»
Эти голоса жгли не хуже давешней кислоты, но они разъедали не плоть. Они пытались пожрать мои разум и волю. Стереть меня, мои мысли, чувства, воспоминания. Голоса звучали прямо в сознании, и я растворялся, исчезал в этом водовороте.
Тени всё ускоряли и ускоряли свой смертельный хоровод. Голоса звучали всё громче. Бесят, суки! Боксёр я или где?
Я встал в стойку, и сразу провёл прямой удар в ближайшую чёрную тварь.
Ярость против ярости. Злоба против злобы. На этом ринге не было правил и рефери, только воля и желание выжить. В конце концов я уже двадцать лет дерусь — и никогда не проигрывал бой с тенью.
Моц удар был оущтимым. Веским. Чёрный лоскут разметало в клочья. Стало чуть полегче.
Работает!
Я разразился сериями тяжёлых атак, в каждую из них вкладывая своё желание жить. Остаться собой. Уничтожить терзающую меня мерзость.
Я начал самый важный в моей жизни бой.
Тени накатывали со всех сторон.
Голоса язвили не хуже кинжалов.
Но я отвечал ударом на удар.
Получайте, суки! Хера вам лысого, а не мой разум!
Я не знаю, сколько продолжалась эта битва за право остаться собой. Времени здесь, в пустоте, не существовало. Только удары, мое хриплое дыхание и раздирающие душу голоса. Но с каждым ударом один из голосов стихал.
Всё кончилось как-то разом. Я очередным джебом разметал злобно шепчущую тёмную тварь, и голоса исчезли.
Я остался один на один с гигантскими воротами. И это была единственная дверь в обозримых окрестностях. Я бешено огляделся. Выхода нет.
Пространство вокруг меня дрогнуло. Из-за врат донесся злобный вой.
Со звуком спарывающего ткань ножа, пространство прорезал всплеск солнечного света. Он упал на меня сверху, лёг на плечи многотонной тяжестью. Врата растворились, исчезли за золотым сиянием.
Я упал. Покатился кубарем… гремя доспехами по храмовой площади. С вершины храмовой башни, словно из прожектора, прямо в меня бил мощный световой луч. Фигурка Профа еле угадывалась за золотистым сиянием.
Вокруг меня кипел ещё один бой. Здесь с момента попадания в меня заклинания Ананты прошли секунды.
Шор сошёлся на мечах с Лютым. Оба двигались на запредельных скоростях, клинки звенели, рассыпая искры, силуэты бойцов размывались. Это была битва мастеров меча. Битва, в которой кроме этих двоих не было места никому.
Здоровенный бандит занёс над головой Добромира булаву.
Сверху на него упал Морт. Распахнув пасть, он выдал яростный вопль, от которого даже у меня зазвенело в ушах. Бандит покачнулся, его глаза лопнули. Булава вылетела из ослабевшей руки. Он харкнул кровью, неуверенно покачнулся и завалился на спину.
Я вскочил и оказался лицом к лицу с Винсом — тёртым немолодым мужичком, которому Лютый пророчил роль палача.
Всё тело болело, как будто с меня заживо сорвали кожу. Но правая рука ощущала рукоять Погибели, а левая взметнула баклер, отбивая прямой выпад короткого меча. Чему-то Шор меня всё же научил.
Недалеко от меня Айвена обменивалась с Анантой заклинаниями. Маг швырял в мою говорящую фиолетовые сгустки и комки белого огня. Альва отвечала зелёными всполохами, размахивая посохом некроманта. Глаза на черепе светились, оставляя в воздухе флуоресцентный след. Вокруг обоих вспыхивали защитные ауры, гасящие чары противника.
Я уклонился от очередного выпада Винса и ударил в ответ. Слишком медленно. Винс уклонился в сторону, проводя очередную атаку.